Олег Ильин

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Лень линии

плена

льна

полной Луны

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Стихи. Проза.

 

 

 

 

 

 

 

 

Санкт-Петербург

2007

ББК ... (пришлю, когда точно найду, будет что-то типа 84.Р7 или 84.3Р7)

И-46

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ильин О. А.

И-46 Лень линии плена льна полной Луны. Стихи, проза.СПб.: Прана,
2007. – 154 с.

 

ISBN 5-86761-025-0

 

Начав читать данную аннотацию, читатель, скорей всего, будет приятно удивлен таким необычным вступлением к ней…

Перед Вами вторая книга Ильина Олега, в стихах и прозе повествующая обо всем на свете и жаждущая своего скорейшего и постраничного, дорогой читатель, открытия с Вашей стороны.

 

 

ББК .......

 

 

ISBN 5-86761-025-0

© Ильин О. А., стихи, проза, 2007

© Художественное оформление. Ясыченко М., коллаж, 2005.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Посвящается моей маме…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новые стихи

 

 

 

 

 

***

Мореплаватель Крузенштерн!

Унеси меня вдаль океана.

Где грустит во дворце Несмеяна,

И не слышно дыханье сирен.

 

Унеси меня вдаль, где моря

Тихо шепчутся между собою.

Где под утро не слышно прибоя,

И спокойствием дышит земля.

 

Волны медленно катятся вдаль,

Унося за собой непогоду.

Звезды медленно падают в воду,

Растворяя тоску и печаль.

 

Я уснул и увидел во сне:

Крузенштерн посреди океана -

Бросил якорь на остров Буяна,

И неслышно растаял во мгле.

 

Тихо счастье уходит ко дну,

Увлекая нас всех за собою.

Крузенштерн, окрыленный судьбою,

Устремляет свой взор в глубину.

 

Я уснул и увидел во сне:

Уходящая даль океана,...

И чуть слышный вздох пеликана

Подошедшего тихо ко мне.

2002

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

***

Весенним днем, когда умолкнут мизерабли,

И ветер сосны заколышет на юру,

Я прилечу к тебе на синем дирижабле,

Чтобы глаза твои увидеть поутру.

 

 

Мы будем петь с тобой,

(Как будто мы в ансамбле),

Скакать верхом

На пьяном в дупель кенгуру.

 

 

Ну, а не веришь - так проверь меня на: <дабли

Дабли дабли. Дирижабли точка ру>.

 

2003

Новые стихи

 

 

 

 

 

 

Проблемы стихосложения.

 

В недетские игры играя,

Мы вдруг вспоминаем о том,

Что есть еще рифма на «мая»,

Что есть еще рифма на «рая»,

Что есть еще рифма на «дом».

 

Сложенье стихов от простуды

Не вылечит, как не крути.

К нам в душу ворвутся верблюды

И весело скажут «апчхи».

 

Всецело куря папиросы,

Мы радостно вспомним о том,

Что есть еще рифма «матросы»

И море любви за бортом.

 

2003

 

 

 

 

 

 

 

 

***

 

Мне никогда не написать о лесбиянках,

Как вечность не отнять у камикадзе,

Как психотропных не накушаться таблеток.

 

И в этом мире чахлом, современном

Не пить нарзан в предгориях Кавказа,

Не есть шашлык из-под бандитской крыши.

 

Мне часто снятся бешеные мыши.

Они орут, внезапно нападают.

Вгрызаясь в брюки, рвут на части ткань.

 

Им бесполезно говорить «отстань».

Они как дети сплошь гиперактивны.

 

От них спасаться – только пробуждаясь.

Пусть муха залетит ко мне в ноздрю,

Как в «Мертвых душах» главному герою,

Кто, как известно, сладкому покою

Предался сразу, отойдя ко сну.

 

2003

Новые стихи

 

 

 

 

Ёгова.

 

- У нас в городе много религиозных сект,

В том числе Свидетели Иеговы.

- У нас на Украине тоже по домам ходит Ёгова.

Из частной беседы.

 

 

Ёгова тут, Ёгова там.

Ёгова хрусть – и пополам!

Я Ortodox

Member of Church.

Ёгова, please

Don`t меня touch.

 

I understand,

See you again.

Ты мне a lot

Делаешь pain.

 

Ёгова, please

Never come back.

What do you mean?!

Я не дурак!

 

Я нье пускать

Тебья в мой дом.

Ich bin больной,

И управдом

Спустит тебя

С лестницы вниз.

Never come back,

Yogava, please.

 

2005.

 

 

 

 

Умиление ума у Миллениума.

 

Уходящей эры шепот

Мы возьмем с собой на память,

Спрятав радостные звуки

В куртки штопаной карман.

 

Вряд ли нам когда удастся

Смысл времени постигнуть.

Так хоть прошлой эры шепот

Нам напомнит иногда:

О веках прошедших мудрых,

О прекрасных днях и ночах,

О волшебных снах и чувствах.

 

Что случится с нами дальше,

Нам пока что неизвестно.

Может статься, что в начале

Будет даже нелегко.

Но эпохи прошлой шепот

Нас согреет у камина

Зимним вечером, который

Обязательно наступит

И в двухтысячном году.

 

 

Новые стихи

Май 2000.

 

 

 

...НО СТРАДА АдаМа УСпокоит.

 

 

Дитя, играющее на траве,

Небеса отопрет на заре.

Будет пророчествовать о добре и зле.

Потом растает во мгле.

 

Картофель спекут в золе

Народы Востока те,

Которые будут везде,

А также потом и те,

Которые будут нигде.

 

Утром того же дня

Хромая царица огня

Поднимет ораву для

Снаряжения корабля,

Который пойдет в моря,

Души людей ловя.

 

 

Коровы покинут стада.

На мир нахлынет вода.

И что настанет тогда

Будет в сто раз страшней

Самых кошмарных дней

И самых темных ночей.

 

май 2000.

 

 

 

Германия.

 

Страна когда-то девственных лесов,

Ты душу греешь мне могучими руками.

Порой мне страшно не хватает слов,

Чтобы с твоими говорить богами.

 

Как мне хотелось бы хоть раз попасть туда,

Где шум ветвей волшебно шепчет мифы,

Где медленно в ручье течет вода,

Дорог империи неубранные плиты

Покрыты мхом, и чередой года

Не шевелятся за моей спиною.

 

Германия, побудь еще со мною.

Не уходи в Европу навсегда.

 

2001

 

 

***

Как мне избавиться от бешенной тоски,

Куда мне дальше сочинять стихи

Той ненаписанной пока еще поэмы,

 

 

Где горечь старого фригийского вина,

Мешаясь с запахом несобранного хлеба

Дурманит голову и сердце рвет сполна?

 

Река любви предчувствием полна,

Мы в ней плескаемся, как бешенные тигры.

 

Покуда греки будут видеть наши игры,

Мы не поранимся иглой веретена.

 

2001

 

 

***

Как Осип Мандельштам переворачивает душу -

В его стихах нам музыка звучит.

Мы снова слышим пенье аонид

И навостряем избалованные уши.

 

 

Как слух не напрягай, но не дано постичь

Того священной тайны разговора,

Что в русском не спугнет таящуюся дичь,

А в греческом не даст умолкнуть хору.

 

2001

 

 

 

 

Возвращение.

 

И среди всеобщего гама

Тихонечко в дверь войдет

Поэзия Мандельштама -

Наступит ее черед:

«Чую размах крыла.

Так - но куда уйдет

Мысли живой стрела?

Или, свой путь и срок

Я, исчерпав, вернусь:

Там - я любить не мог.

Здесь - я любить боюсь…».

 

1995-2005

 

 

 

***

Из мандельштамовой строки

Так невесомы и легки

Прут вдохновенья мотыльки

Сгорать в огне тоски.

 

2004

 

 

 

 

***

Вариться в собственном соку.

Бульоном быть иль мясом в ступе.

Петрушкой, зеленью и вкупе

Борщом украинским прослыть.

 

Кем быть? Что делать? Что писать?

Никто не знает, в самом деле.

Какие налепить тефтели

И как их правильно подать.

 

Пусть не сожрут нас никогда,

Жуя и млея панибратски.

На дне кастрюли шарлатанской

Пусть будет кубик изо льда.

 

2005

 

 

 

***

Глобализация немыслимых процессов,

Шагая по миру в эпоху жутких стрессов,

Приводит к усилению эксцессов

На почве ревности в семье гиппопотама.

 

Но очень жаль, что этой жизни драма

Не попадает в сводки CNN.

 

2001

 

 

***

Мы чем-то очень странным занялись,

В пустом стогу внезапно оказавшись.

Пингвины тихо в небо вознеслись,

И с высоты на нас взирали, замешавшись.

 

Нам не увидеть Антарктиды никогда

Как Атлантиды, что в Атлантике ночует.

Нам остается запах сена, резеда,

Ошеломление пингвина, что тоскует,

 

Покачиваясь в небе иногда.

 

2005-05-27

 

 

 

 

 

 

***

Давайте будем

Подобны Будде.

Побреем череп,

Про все забудем,

 

 

Буддильник ставя

На вечность чтобы

Заснуть сегодня,

А встать всегда.

 

Давайте будем

Подобны Будде.

Побреем череп,

Про все забудем.

 

 

Уйдем в дацаны,

Где все пацаны

Сидят у стенки.

И все при Будде.

 

Еще немного,

И мы пребудем

В поля Нирваны,

Где нет осанны,

Небесной манны.

Нет Брахмапутры,

И Камасутры.

И шиитизма,

И мэонизма,

И гедонизма.

 

Но (очень странно)

Мне показалось,

Что там осталась…

И спит как будто

Душа поэта

И музыканта

И протестанта

Кобейна Курта.

 

2005-05-17

 

 

 

 

***

Я был жестоко потрясен

В студеной глубине сознанья -

Открылось горькое незнанье

Движений песен и времен.

 

Как блещет, жутко занесен,

Клинок неведомых алканий.

И кто-то в огненном тумане

Багряным снегом облачен.

 

Мне снится... бесконечный клен,

Я полон бредом заклинаний.

Я жирных чувствую волос тягучие лобзанья,

И жаркий плеск давно ушедших волн.

 

1992

 

 

 

 

Вослед И.Бродскому.

 

 

Рабочий полдень - стол стоит накрыт

Газетой, водкой и скелетом воблы.

Ресурсов нет, прораб, хотя молчит,

Сегодня по особенному бодрый.

 

Газета «Труд» свисает с потолка.

И солнце тихо движется к закату.

Сухая пыль, оставшись на века,

Как будто приближая день зарплаты,

 

Блестит на солнце весело. Пока

Не грянет гром, прораб не встанет с места,

Петух не перекрестится, объект

Не будет сдан приемке, и жилтресту

Не взять лавэ на следующий проект.

 

 

2001

 

 

 

 

***

Никогда не закончится ночь

В Петербурге.

И оранжевый свет фонарей

Будет лить,

Заполняя пространство

Позабытых дворов, площадей

Темных улиц, мостов, переулков,

Подворотен, парадных дверей.

 

И навстречу быстрей и быстрей

В темпе вальса, кружась, поднимаясь -

Хоровод позабытых теней -

Бывших жителей Санкт-Петербурга -

Будет чувствовать рядом с тобой

Ту же прелесть ночи роковой.

 

2005

 

 

 

Чижи-контрабандисты.

 

(все персонажи по ходу текста соблюдают строжайшую конспирацию)

 

 

Коровьей поступью бредет степной олень.

Быки в стада сгрудились спозаранку.

И мхом заросший, (весь в опенках!) пень

Присел присесть присев на оттоманку.

 

Кто растолкует нам все фокусы природы,

Когда под утро медленно чижи

Без паспортов уходят в непогоду

И бродят молча в утренней тиши.

 

О чем молчат они, такие непоседы,

И почему свои забыли паспорта?

Вернутся в полдень - может быть к обеду.

Без них побудем - горе не беда.

 

Пока в России дрыхнут паспортистки,

И на таможне тишь да благодать,

Мы будем кушать контрабандные сосиски

И просто так в квартирах проживать.

 

май 2001

 

 

 

***

Корове Бог послал кусочек студня.

На мель корова забралась -

Полакомиться студнем собралась.

Но передумала и запустила студень в море:

Плыви свиная масса на просторе,

На волю волн тебя я отдаю,

Плыви, и песнь унылую мою,

Свои копыта свесив с косогора,

Пропой касаткам, что, плескаясь в тишине,

Пинают в бок друг друга в темноте.

2001

 

 

***

Тяжелая заря перед восходом солнца

Мерещится во сне и наяву.

Нам предстоит еще найти на дне колодца

Потерянный глоток, чтоб отойти ко сну

Впервые без душевных потрясений.

 

Нам будет сниться ветерок весенний,

Осенний дождик, зимний снегопад

И летняя роса перед восходом солнца,

Как будто взятая со дна того колодца,

Где мы найдем потерянный глоток.

 

2001

 

 

***

Наполним музыкой сердца,

А голову стихами.

Зверь выбегает на ловца

Заветными тропами.

 

Пока еще не рвется нить,

И музыка за нас,

Нам больше следует творить,

И рваться на Парнас.

 

ноябрь 1997 г.

 

 

 

 

***

Цени момент,

Когда цемент

Не сыпется из облаков;

И не сереет «Бленд-а-мед»

На кромках у зубов.

Цени - момент,

Когда лорнет

Твой наведен на мхи,

И что так здорово поэт

Об этом написал стихи.


август 1997 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Милая Юля.

 

Милая Юля,

Зачем вы вернули

Надежду на встречу

При полной Луне.

 

Зачем Вы свой лик

На меня обернули.

Зачем улыбнулись

Так сладостно мне.

 

 

Милая Юля,

Меня обманули

Все, кто кричали,

Что жизнь – это сон.

 

 

И хочется жить,

Моя милая Юля,

И слышать любви

Упоительный звон.

 

2003

 

 

 

 

 

***

Огромный зал! Прекрасный бал!

Толпа танцующих людей.

 

И Вы сверкали как алмаз,

Быв на паркете первый раз

Во всей красе своей.

ноябрь 1997 г.

 

 

 

 

 

Персоналии.

 

Если я был бы Владимиром Лениным,

Я бы матросов с «Авроры» лелеял бы,

Но по дворцам бы стрелял …карамелями,

Если б я был вождем.

 

 

Если я был Львом Давыдычем Троцким,

Я бы посыпал бы голову блестками,

И выступал бы так перед красноаремйцами,

Если бы я был Львом.

 

 

Если я был бы Вячаславом Молотовым,

Я б Риббентропа купил бы за золото,

И завербовал бы еще Калтенбрунера.

Так бы я поступил!

 

 

Если я был б господином Ющенко,

Я б апельсины сажал бы кущами,

И на врагов головах расплющил бы

Самый сочный свой апельсин.

 

Если я был бы Фиделем Кастро

Я бы не мучил Кубу напрасно.

Я б на Гаити сбежал к вудуистам,

Благо Гаити близко.

 

 

Если я был бы Иосифом Бродским,

Я б не писал о крутых гениталиях,

А бы писал о тугих талиях,

Как это делал Пушкин.

 

 

Если я был бы Александром Пушкиным,

Я бы не брал бы Дантеса на мушку бы,

А заставил его бы объесться бы плюшками,

От обжорства бы чтоб он сдох.

 

 

 

Если я был бы В.С.Черномырдиным,

Я бы не говрил, … а трыбрындил бы –

Трындыбры-Трындыбры-Трындыбрындил бы

Трындыбрындил бы Трындыбры.

 

 

Если б я был бы Адольфом Гитлером,

Я русскую водку кушал бы литрами.

И в пьяном угаре, швыряясь пюпитрами,

Опять проиграл бы войну.

 

 

 

Если б я был бы Хавьером Соланою,

Я б НАТО обмазал бы кремом, сметаною –

Я б замаскировал бы его под тортик,

Чтоб русские не нашли.

 

 

Если я был бы Валерием Брюсовым,

Я бы не стал противляться искусам бы,

Я изучал бы бледные ноги,

Ибо они бледны.

 

 

Если я был бы Алексеем Пешковым,

Я сразу стал бы Максимом Горьким,

И стал бы еще Алексей Максимычем,

И жил бы на Соловках.

 

 

Если я был бы доктором Ватсоном,

Я б не отходил бы тогда от дартса бы.

Я бы играл в него постоянно,

Пока Шерлок Холмс спит.

 

 

Если я был бы Шерлоком Холмсом,

Я б орал на болоте истошным голосом.

Я показал бы кто здесь Баскервиля.

Если бы я был Холмс.

 

Если я был бы Семеном Надсоном,

Я бы не стал бы кутить и пьянствовать,

Я бы страдал, но страдал напрасно бы,

Ибо жизнь – это кайф.

 

Если я был бы мистером Бушем,

Мне б русскую фигу пришлось бы скушать,

И я полюбил бы И рыбу, И рака,

И Путина бы полюбил.

 

 

Если я был бы Зураб Церетели,

Я бы в Лужкова кидал бы тефтели.

А он бы ловил их своею кепкой.

И был бы он бейсболист.

 

Если б я был бы Памелою Андерсен,

Я б сей же момент соблазнил бы Карлсона,

И мы бы побили эту жирную фрекен,

Надавали бы ей прямо в Бок.

 

Если я был бы Александром Блоком,

Я не стал бы дудеть и звонить в «Колокол».

… Я бы убил бы этого Белого,

Если бы я был Блок.

 

Если я был бы Андреем Белым,

Я б ананасом швырялся бы смело.

И подарил ананас бы Блоку,

Попадись он мне на пути.

 

Если б я был бы Михаил Барышников,

Я стал бы прыгать все выше и выше бы.

Я перепрыгнул бы через Атланику,

Сбегая от КГБ.

 

Если б я был бы Михаилом Фрадковым,

Я бы политику делал толково.

Я б ВВП увеличил бы вдвое,

И было бы два ВВП.

 

Если б я был бы Владимиром Путиным,

Я справедливым был бы до жути.

Я отпустил бы тогда Ходоровского,

А Буша бы посадил.

 

Если бы я типа был бы бы Децлом,

Я жил бы бы бы бы прикольно и весело.

Я пендель бы смачный вмочил бы Кобзону.

Просто, за то, что Кобзон.

 

Если б я был бы Корнеем Чуковским,

В нагрудном кармане была бы соска,

Ибо я был бы тогда ребенком,

Я бэби был бы тогда.

 

Если б я был бы Б.А.Березовский,

Я б не коротал бы свой век под березкой.

Я б из России сбежал бы в Лондон.

Меня бы нигде не нашли.

 

Если б я был бы Чубайс Анатолий,

Я бы чужой бы не чувствовал боли.

Я нажимал бы на «вкл.» и на «выкл.»

Просто так, «от балды».

 

Если б я был бы Арнольд Шварценеггер,

То снялся бы в фильме «Четвертый бутлегер»,

И «Пятый бутлегер», «Десятый бутлегер»…

(Напился б хоть раз как большой!).

 

 

Если б я был бы товарищем Брежневым,

Со всеми тогда разговаривал вежливо,

Но меня все равно никто бы не понял,

И было бы очень смешно.

 

 

Если я был бы собакою Павлова,

Я всех бы ученых тогда бы порадовал.

Я спек бы им коржик. Такой ароматный.

У всех бы слюнки текли.

 

Если я был бы Матою Харею,

В разведке бы денно и нощно наяривал.

Я был бы тройным, пятерным бы агентом.

И сам бы всех расстрелял.

 

Если б я был бы Григорий Распутин,

Я б сразу тогда докопался до сути.

Я бы такого задал бониэма!

Попели б они у меня!

 

Если б я был Иван Васильевич Грозный,

Прощенье тогда бы вымаливал слёзно

У Бога за все свои жертвы. И грозно

Смотрел бы Бог на меня.

 

Если б я был губернатор Чукотки,

Каждому чукче – по ящику водки.

Пьяные чукчи с оленями в «Челси»!

Вот это был бы футбол![1]

 

Если б я был бы министром Починком,

Я всех уклонистов мочил бы ботинком.

Мочил бы в сотрите, как делает Путин,

И он был бы рад за меня.

 

Если б я был бы Майком Тайсоном,

Я б к Чебурашке тихонько подкрался бы.

Что было бы дальше, я думаю, ясно -

Я б уши ему откусил.

 

Если я был бы Phillip`ом Kirk ORov`ым,[2]

Я б розовых кофт запасся бы коробом.

И надевал бы их перед зеркалом,

(А вдруг я чуть-чуть трансвестит!)

 

Если б я был Пугачевою Аллою,

Я бы Филлипа чем-нибудь баловал.

Я б нарядил бы его в Арлекина!

Быть клоуном – ведь это ништяк!

 

Если я был бы Морозовым Павликом,

Я бы уплыл бы на белом кораблике.

А зерна бы те превратились бы в вафельки,

И папа бы ими хрустел.

 

Если я был бы плейбоевым зайчиком,

Я бы скафандр одел вместо маечки,

И выиграл бы конкурс «Мокрый скафандр»,

И в космос бы улетел.

 

Если я был бы, к примеру, Онассисом,

Меня бы от денег немного колбасило.

Я бы стодоллоровок взял бы охапку

И резко подбросил бы вверх.

 

Если я был бы Никитой Хрущевым,

Я бы Америку залил борщом бы.

И, подождав пока захлебнуться,

Ракеты бы там разместил!

 

Если я был бы Фридрихом Энгельсом,

Я бы сказал марширующим ленинцам:

«Эй, дуралеи, ну что вам неймется?!

По пиву? Айда, пацаны!»

 

Если я был бы Маргарет Тетчер,

Я бы парламент на палец наверчивал.

Я бы послал бы их всех на Фолкленды.

Ну, этих – с палаты общин.

 

Если я был бы Фридрих Великий,

Я под Цорндорфом бы горе бы мыкал,

И при Егерсдорфе бы тоже «мымыкал»,

Не сдав семилетний план.

 

Если я был бы маэстро Юдашкиным,

Я б от себя бы ходил бы в рубашках,

И топ-модель целовал бы в плечи

Сквозь прет-а-порте.

 

Если я был бы Борис Моисеев,

Я секс-просвещенье повсюду бы сеял...

Но нет, я не стал бы Борис Моисеев -

Гетеро- ведя я сексуал.

 

Если я был бы Рейганом Рональдом,

В Империи зла я б построил Макдональды.

Ох, раздобрела бы эта империя!

Все жирными б стали тогда.

 

 

 

Если б я был Муххамедом Али,

Я кулаком бы давил корабли.

 

Если я был бы Михалковом Никитой,

Все бы в Сибири были побриты.

Ну, и еще я снял бы блокбастер

«Никита и Никита».[3]

 

Если я был бы Карлом бы Марксом,

Я б улыбался рабочему классу.

И крикнул бы Ленину, этак фасоня:

«Эй, Вовка, я - не марксист!»

 

Если я был бы Надеждою Крупской,

Я революций не слушал бы хруста.

Рожал бы детей, увлекался бы Прустом,

На звезды б смотрел по ночам.

 

Если я был бы сеньор Муссолини,

На площадь бы вышел бы в мини-бикини.

Вот Гитлер, наверно, тогда бы подумал,

Что жизнь – это, блин, карнавал!

 

Если я был бы Верка Сердючка,

Открыл магазинчик «Дамские штучки».

(На самом же деле – я был бы Андрейка.

И бюст у меня – надувной).

 

Если я был бы Фридрихом Ницше,

Я молнию б видел все блицше и блицше,

И с бездной в гляделки сыграл б осторожно,

И выиграл бы вдруг у нее.

 

Если бы я был бы папою Карлою

Меня Буратино весьма задолбал бы.

Куда б, вы бы думали, вбил б ему гвоздик?

Правильно, в задницу б вбил б!

 

Если я был бы Августом Бебелем,

Я стал бы общаться с пышкой дебелою.

Как в этом романе, у Ги Мопассана,

Который к тому же и «де».

 

Если я был бы певицой Мадонной

Я б секс-динамита собрал мегатонны!

Я был бы секс-бомба! И я бы взрывался!

Осколков бы был миллион!

 

Если я был бы Клинтоном Биллом,

Я б Монику враз объявил бы дебилом.

«Дебильный минет» - вот это бестселлер!

(Ну, а гонорар – пополам).

 

Если б я был Николаем Вторым,

Плюнул на все – и уехал бы в Крым.

 

Если я был бы Сцилло-Харибдой,

Тогда б Одиссейка уж точно бы влип бы.

И как он в тот раз проскочил? Непонятно.

Видать, повезло мужику.

 

Если я был бы бог Дионис,

Я б виноградом кидался в актрис.

 

Если я был бы segnor Berluskoni,

Я бы цветные надел бы calzoni.

И двигаясь в такт с segnor`ом Putin`ом,

Всех бы очаровал.

 

Если я был бы Дмитрий Нагиев,

Бесы ко мне бы являлись нагие.

И, в ужасе взбрыкнув, я стал бы в Европу

Рубить окно за окном.

 

 

Если я был бы премьер Тимошенко,

Я бы життя проводил веселєнько.

На Ющенко прыгнув, сказал бы: «В Диканьку!»

Куда бы он делся тогда?!

 

Если я был бы Индирою Ганди,

Я Брежневу брови бы все напомадил бы.

И стал бы Брежнев – шальная девчонка.

Вот, Картер бы был удивлен.

 

- возможно, последует продолжение

 

1992 –

 

 

 

 

***

В сентябре опадают листья.

Мокро. Дожди идут за твоей оградой.

Милый друг говорит: “Подвинься”.

И тихо садится с тобою рядом.

 

Вы сидите молча прижавшись друг к другу.

Дома, в теплой, сухой атмосфере.

Скоро зима. Снегопад. Вьюга.

А там уж, глядишь, и весна в апреле.

 

Время, кстати, все время идет.

Время - неумолимо.

Дождь, листья и снег летят -

И пролетают мимо.

 

И если так дальше сидеть продолжать,

Молча прижавшись друг к другу,

Никто и ничто не заставит ждать,

И все опять полетит по кругу.

 

 

сент. 1997 г.

 

 

***

 

В

ужасной

стройности

твоей

так

ясно

виден

мне

мой

вечный

плен.

 

август 1998 г.

 

 

 

 

***

 

Меня не прет от этого спектакля.

 

лето 1998 г.

 

***

Дева нагая, усердней безумствуй,

Все подчиняя закону любви!

Плоть разорви,

И проклятое чувство

Снова и снова продли!

1998 г.

 

 

***

Дева нагая, усердней безумствуй,

Все подчиняя закону любви!

Плоть разорви,

И проклятое чувство

Снова и снова продли!

Плоть разорвав

И проклятое чувство

Снова и снова продля,

Дева очнулась

И молвила грустно:

«Вся моя жизнь для тебя!»

 

 

Вечер стихал,

И по улице темной

Чьи-то шуршали шаги.

Гулкое эхо бродило бездомно

И пропадало вдали.

1998-2005 г.

 

 

 

 

***

И сбегу я на поляну,

Свежей булки откуся,

Ибо девки там гуляют

Улыбающиеся.

 

1997 г.

 

 

***

Ты вышла замуж в январе.

Орали птицы на заре.

Из рук случайно выпал мел.

И мозг как колокол гудел.

 

И думал я, что это сон,

Что я опять в тебя влюблен

И что бежим с тобой вдвоем

Купаться в водоем.

 

Но был январь, потом февраль.

И, как всегда, пришла весна.

И солнца бешеный фонарь

Мне больно жег глаза.

 

1998 г.

 

 

 

Комната с портретом Сергея Дягилева на стене.

 

Я буду руки твои целовать

Долго, самозабвенно.

Ты же будешь сидеть на тахте

И смотреть вопросительно вдаль

 

Сквозь портрет на стене

Всем известного антрепренера.

 

2005

 

 

 

***

Зачем судьба из года в год

За мною медленно бредет

И песнь унылую поет

О том, что впереди.

 

И мы идем все по прямой, -

Ах, если бы это - Путь Домой!

Судьба уныло прет за мной -

Нам с нею по пути.

 

И мы не видим ни Конца,

Ни друга верного лица,

Ни душу повода спасти,

Ни отчего крыльца.

 

Мы с ней бредем из года в год,

Нам надо думать наперед,

Иначе - враз произойдет

Бог знает, что в пути.

 

1998 г.

 

 

 

 

 

***

Пингвинёнзы, пингвинёнзы

Прямо с неба к нам летят!

Пингвинёнзы, пингвинёнзы

Пингвиняйте, пингвиняйте

Препингвински пингвинючих,

Самых, самых пингвинутых,

Недоперепингвинённых,

Препингвинных пингвинят!

 

 

Пингвинята пингвинеют,

Пингвиянствуя пингвинно,

Пингвинуя пингвинное

И пингвинствуя пивно.

Пингвинейно пингвинея,

Пингвинуют пингвинёнзы,

Выливая пингвинное

Из бутылки навсегда.

 

Что до нас, то алкоголя

Мы не очень чтим феномен.

И пингвинам очень вредно

Напиваться «вдрабадан».

 

В Антарктиде очень тяжко,

Нет приемлемых условий,

Холод – восемьдесят с чем-то,

В шубу градусник одет.

 

 

Трезвость – это норма жизни.

Улыбнись, и станет легче.

Пусть тебе крылом помашет

Самый радостный пингвин.

 

2005

 

 

 

Очарованный псих.

 

Я становлюсь немного псих,

Когда смотрю в твои глаза.

Я весь восторжен и притих.

В душе любви ревет гроза.

 

Я становлюсь немного псих,

Когда смотрю в твои глаза.

 

сент. 1997 г.

 

 

 

 

***

Мне снилась морская капуста

На Елисейских полях.

И девушка с большим бюстом

Карла Маркса в руках.

 

1996 г.

 

 

 

Поэзия конца.

 

Во времена вселенских потрясений,

Когда обрушатся основы мира,

Я встану, наконец, со своего

Самозабвенного и милого дивана,

Отягощен желанием пройтись

По краю тех безумных бездн, куда

(По замыслу) и будет все ссыпаться.

дек. 1996 г.

 

 

 

Šventosios Onos Bažniča.

 

У костела Святой Анны

Старых веков слышен шепот.

Шелест ангельских крыл тихо

Готической ночи наполняет своды.

Стрельчатость арок,

Витражи окон,

Тонкость камня,

Острота шпилей

Из мглы веков на нас смотрят

Разгоняя свет взошедшего солнца.

авг. 1998 г.

 

 

 

Читая Бальмонта.

 

Я на секунду - бальмонтист!

Я словно солнце в золотом эфире!

Топленность масла, белизна кефира

Неинтересны мне.

Я - бальмонтист!

1994 г.

 

 

 

***

Таинственностью полон мой чертог.

Густые сумерки, ночная мгла

Застигнули меня врасплох;

И содроганием полна душа.

И слышен Вечный Зов

Неведомо куда.

 

Таинственно журчит вода,

Таинственно грядет беда.

Окно таинственно молчит,

И мир таинственной ночи

Глядит таинственно в окно.

Мне жутко холодно,

Мне страшно,

Мне темно.


сент. 1997 г.

 

 

 

***

 

Пой моя лира

Безумие мира -

Его берега

Погружены в сон.

 

Один океан

Человеческих песен

Бушует на воле,

Созвучий прелестных

И красок блестящих,

Искрящих, чудесных

До одури будучи полн.

 

И коль поплывет

По волнам мирозданья

Счастливый корабль моего созерцания, -

Корабль любви без руля и названья...

 

 

Навряд ли пристану своею душою

К погруженным в сон берегам.

 

 

дек. 1996 г.

 

 

Мойра-колдунья.

 

Скажи, о, Мойра, нафига

Ты люто всех околдовала?

И я, низвергшись с пьедестала,

Лечу неведомо куда.

 

Зачем, затерянный в снега,

Никак не обрету обитель?

Зачем на пир как равный зритель

Не приглашен я никогда?

 

Покуда мне судьба скитаться,

И долу быть моим очам,

Внемлю послушно я речам

Твоим, о, Мойра! И казаться

Мне будет мой печальный день

Как злых судеб немая тень.

1998 г.

 

 

***

Под сенью римского орла

Раскинулась моя держава.

Не дремлет легионов слава,

И славные грядут дела.

 

Сомкните строй, легионеры!

Вы Рима избраны судьбой.

Сегодня ваши офицеры

Вас поведут на смертный бой

 

С огромной варваров толпой,

Опившись пива на границы

Что наседает. И отбой

Вы не получите.

Он будет только сниться.

 

Вам не дадут его, покуда в этот бой

Самих богов не вступят колесницы.

 

1998 г.

 

Новые стихи

 

 

***

Рядиться в тогу римских легионов;

И погонять “Историй” клячу;

Чтоб Карфаген лежал у ног -

Вот главная моя задача.

 

Венок из лавра. Свиток из Пергама.

Сандалий поступь вековая.

И страшный конь Дворец Приама

Победным ржаньем оглашая,

Несет меня сквозь тьму времен,

Сквозь тучи тел, колен, имен.

Туда,.. где гас Наполеон.

Где Ярославна молодая,

На небо князя провожая,

Взгрустнет, как знать, и обо мне.

 

А нынче, что ж - душа в огне;

Копыта мнут дикое поле;

Пылает взор, блестит шелом,

И полки рвутся напролом.

 

сент. 1997 г.

 

 

 

 

 

***

Мертворожденные стихи

Преследуют меня,

Когда сгораем от тоски

Мы на закате дня,

Когда печальная заря

Нас покидает, уходя

Чтоб не вернуться вновь.

 

сент. 1997 г.

 

 

 

***

Повесив буйну голову на грудь,

Я жду прелестной музы посещенья.

Чтоб, растопив в душе запекшуюся муть,

Дерзнуть, и написать стихотворенье.

(Когда б реальным я талантом обладал,

То уж давно б серьезнее писал).

 

Ну, а пока - летит за годом год.

Строка моя легко бежит за строчкой.

И каждый день пускается в полет

Мой старый добрый гений Рифмоплет,

Чтоб в завершении всего

Опять поставить точку.

 

Друзья мои! Пишу я для себя.

Моих стихов читать не надо.

Они ведь только для меня,

Для одного, для одного,

Для одного меня

Сладчайшая и нежная отрада.

 

сент. 1997 г.

 

 

 

 

***

А вот и новая картинка

В саду, где так щебечут птицы:

Я шевелю твои ресницы

Носком ботинка.

 

1994 г.

 

 

 

 

 

 

***

Мир вертится вокруг своей оси,

И тихо гаснет День Чудесный.

Тяжелым пурпуром в чернеющей Ночи

Нам предстает Последний Суд Небесный.

 

И грозный Судия виновных перед Ним

Спроводит в Ад на вечную погибель,

Где будет плач, зубовный скрежет, дым

И огнь, лобзающий негнущиеся выи.

 

Путь грешников закончится в огне.

Но тот, чей Путь был Истиной и Жизнью

В Рай попадет, где в Новом, Светлом Дне

Вновь обретет Духовную Отчизну.

 

янв. 1997 г.

 

 

 

Новые стихи

 

Воскресный день.

 

Я не пришел сегодня ко Христу…

А он так ждал меня у входа

В свой храм. И звон колоколов

Я не услышал. И хоров

Пречудный глас не для меня

Звучал под сводами Вселенной.

 

Той самой, что сотворена

Была в тот самый первый Час,

Как общий дом для всех для нас.

 

-----------------------------------------

 

 

И вот я слышу трубный глас...

И слышу страшный гром...

И вижу День Суда.

 

Главу склонив, сгорая от стыда,

Я подхожу к Его Нетленному Престолу.

Стою дрожа, не поднимая глаз.

И справедливому внимаю приговору.

 

авг. 1998 г.

 

 

 

***

Мы гнием от безлюдья и непониманья.

От общего языка ненахожденья.

Что, интересно, будет с нами после нашего вырожденья?

Увидим ли себя и других иными?

 

 

Но влачить сегодня нам следует наше “ныне”.

Хотя и не далеко уже до развязки.

Увидим ли, еще раз говорю, иными

Себя и других в конце этой доброй сказки?

 

А пока повяжем давайте на головы спасительные повязки.

И, твердо ступая, без посторонней подсказки

Растаем, давайте, в висячем над нами

Этих сегодняшних холодных дней дыме.

 

1996 г.

 

***

Когда опять в ту ночь я перешел

Границу заколдованного круга,

Ко мне явилась ты...

 

И как сестра,

Как вещая, любимая подруга

Взяв за руку меня, ты повела

Вглубь тех лесов,

Где страшная тоска,

Где страшный блеск костра,

Где хороводы ведьм,

Где гниль,

Где смерть близка.

Вглубь тех лесов, откуда нет возврата.

 

1997 г.

 

 

 

Зима

(цикл)

 

Природа-мать - моя судьба,

Подари мне белый вечер...

 

И ляжет тихая зима

Во всей красе своих наречий

 

На крыши, реки и леса.

 

1992 (93)

...И белый дым

Как молоко клубится,

И небеса мои так близки и густы.

 

И лишь зимою теплую

В снегах мне будут сниться

Божественные сны.

1992(93)

 

Зима! Безмолвие снегов!

И голубые тени вдруг

Лежат безмолвием следов

Метелей, вьюг и пург.

 

1992 г.

 

 

 

Перстень княгини Анны.

 

Я перстень княгини Анны.

Рубин в золотой оправе.

Тонкой резной работы.

Свисаю в бокал вина.

 

Я перстень княгини Анны.

И на подлокотнике трона

Гляжу в придворное небо

Сквозь витражи окон.

 

Никто не может быть сонным

В глубинах тронного зала

Перед очами Анны -

Княгини света Луны.

 

Я видел изгибы поклонов,

Баронов и герцогов сонмы

И мутные взгляды их глаз...

 

На перстень княгини Анны

В глубинах тронного зала

Перед очами княгини

Света полной Луны.

1992 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

***

Ты лежишь со мною рядом

И не хочешь спать.

Звезды все одной рукою

Хочешь сосчитать.

 

Как ни весел, как ни сладок,

Как ни нежен я -

В небеса глядишь с тоскою,

Милая моя.

 

И, рыдая, убегу я

В дальние поля.

К небесам тебя ревнуя,

Милая моя.

 

1992 г.

 

 

 

***

Когда я брел под знаком непогоды,

Переступая медленно разливы темноты,

То видел белые я песен хороводы,

И злой поэзии блистательные своды

Под сенью туч зловещей красоты.

 

1992 г.

 

 

Новые стихи

***

Когда твои разумные уста

Мне предрекут смертельную разлуку,

Я не увижу глаз твоих

И очень осторожно руку

Ты отведешь мою от них,…

Я вдруг пойму, что эту муку

Господь нам посылает на двоих.

 

 

И, будучи небес велению безропотно послушны,

Мы попрощаемся друг с другом навсегда;

Поверив в таинство разлуки простодушно;

Потом не встретившись нигде и никогда.

 

1999 г.

 

 

 

 

 

 

***

У моря неуемных слез,

На берегу печальных грез

Стоит отчаянья утес

Покрытый серой мглой.

 

 

Когда воспрянет ото сна

Сей спящий мир,

Чья грусть до дна

Испита временем самим,

И берег, зол и нелюдим,

Зашевелится подо мной,..

Я навсегда уйду домой.

Туда, где вечные снега -

Где дремлет родина моя.

 

1999 г.

 

 

 

 

Бред давно влюбленного человека.

 

Не уподобся милая маразму...

И, трепетно творя сии стихи…

Мне горло давит медленная спазма.

Твои крылы так трепетно легки.

 

Нам никогда не встретиться вдвоем.

Мы позабыты навсегда друг другом.

Нам никогда не шествовать за плугом.

Не лицезреть один и тот же окоем.[4]

 

Нам не бродить по берегу морскому,

Мы не поймаем чайку за крылы,

Нам не бежать по городу ночному,

Друг другу не орать “курлы-курлы”.

 

И, если б я, творя стихотворенье,

Узнал бы, что ты думаешь о нем,

Поверь, что я бы лопнул от смущенья,

И убежал бы прочь за окоем.

 

1999 г.

 

 

 

Подражание В. Хлебникову.

(цикл)

 

Девы виденные водят

Хороводы по воде.

Это веды Веденея

Диво ведают тебе.

 

1991 г.

 

 

Словесами, что косами

Капли сеют небеса.

Золотыми колосами

Зерна сыпят на леса.

 

1991 г.

 

Заметелые метели

Метелою заметали.

Засвистелые свистели

Расцветами расцветали.

Рассветалися рассветы,

Сослетали слетели.

И птицетые птицеты

Танцевали танцели.

 

1991 г.

 

 

 

 

 

***

Я возьму дикарский бубен

И уеду из Парижа.

Дикой рощи полотенце

В желтом солнце я увижу.

Пролетят воспоминанья,

Руки к небу вознесутся.

И шаманские камланья

Из груди произнесутся.

И диковинные птицы

Грозно сверкнут мне очами;

Мира белого столицы

Посещал бы я ночами.

Может быть тогда, в начале

Суждено было родиться

Белым птицам, черным птицам,

Мне, - и небу проясниться?

 

Унесусь душою к высям,

Вспомню древние поверья,

И пророческие тайны

В душу вложат мне деревья.

 

1992 г.

 

 

 

Сон.

 

1-ая фаза.

 

Я залезал в окно... Полуодета

Ты предо мной стояла на столе

И головой так медленно кивала,

Не поднимая своего забрала,

И кочергу наперевес державши,

Что я ушел домой несолоно хлебавши.

 

Едва до дома добежавши

И плюхнувшись на одеяло,

Я вспоминал, как ты сказала,

“Иди ты к дьяволу, Олег!”

 

И выйдут тридцать три на брег,

И встанут в чешуе как жар,

И ихний дядка-самовар

Мне прокричит тогда сквозь сон:

“Show must go on!”

 

 

2-ая фаза.

 

Я залезал в окно горящего сарая -

Там был индюк внезапно умирая.

 

 

3-ая фаза.

 

Я залезал в окно шестого этажа -

Там был индюк внезапно возлежа.

 

1996-1997 гг.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Манифест.

 

От имени поколения

Сделавшего свой решительный выбор

В пользу газированного напитка,

Я заявляю без страха и без сомненья,

Что текущее ныне время

Не властно, хотя и прытко

Сделать из радостной жизни пытку

И прислать к Рождеству Христову открытку,

Что мы уже выиграли «Все» в лотерею.

 

И я, между прочим сказать, не верю,

Что «Что-то Такое» уже побеждает Разум,

И что не вынуть из сердца милого слезы,

И не слыхать таинственной жизни грозы,

Рвущие небесный эфир и темноту в полночь.

 

ноябрь 1996 г.

 

 

 

***

Поэзия Блока - далеко не булка.

И близко не пряник.

И утром ранним

Ее не намажешь шоколадным маслом.

И не намажешь кремом “Snikers”.

И здесь не помогут ни Свифт, ни Диккенс,

Ни Шелли, ни Байрон, кто бы он ни был.

Ни Томас Мор не поможет, ибо

Поэзия - тонкая вещь поэта,

Его Лорелея, Россия, Лета.

И пусть Незнакомка полуодета -

Ей не сносить головы.

 

1994 г.

 

 

 

 

***

Обо всем забывая,

Внимая полету дождя,

Я к тебе ухожу -

Нашей нежной любви продолжается срок.

И последний трамвай,

Одиноко меня провожая,

Одиноко уходит в туман наших нежных и ласковых снов.

 

 

И на крыльях любви

Я взмываю в бескрайнее небо,

Озаряя простор светом наших великих, немыслимых чувств.

Я люблю тебя так, как не любит никто из поэтов.

Этот солнечный Мир без тебя будет темен, печален и пуст.

 

Я засел за стихи.

Я писал о великом, о нежном, о трепетном чувстве,

Я увидел тебя в хороводе чудесных, пленительных муз.

Наши крылья легки,

И они навсегда, вознесут нас

На огромный простор голубых и бескрайних небес.

 

апр. 1997.

 

***

Осип Мандельштам так бережен и чуток.

Перед Словом строен и правдив.

Мир пупков ребячьих,

Тяжелолетящих уток,

Верениц,

Соборов,

И годив.

 

1997 г.

 

 

 

***

И повинуясь тайному веленью,

Я преступлю через невидимый порог,

Что завершает сто земных дорог,

Нетвердо пройденных земных путей;

И сумрачно-дремучих дней

Всегда безмолвная гряда

Уйдет неведомо куда.

 

1996 г.

 

 

 

 

 

***

Долой занудство!

Долой зазнайство!

Я против дурства

И раздолбайства!

 

В день появленья

Креста и Розы

Стихи родятся

Помимо прозы.

 

А в день явленья

Меча-Орала

Мы будем вместе.

(Как ты сказала).

 

 

2002.

 

 

 

Пародия на Владимира Маяковского.

 

Писать о любви,

О любви земной,

О плотской любви

И с блеском?!

 

Ни с чем не рифмуется слово «секс»

Разве, что только с «кексом».

 

Стихи сочинять,

Иль девы живот

Лобзать в хмельном упоенье?!

К любым чертям с матерями катись,

Но только вернись, вдохновенье!

 

Я – хулиган!

Я – Олег Ильин!

И, меря шаги саженьи,

В пространство вбиваю поэзии клин,

Гвоздь стихосложенья!

 

2004

 

 

 

***

О как же много первозданной грусти

В твоих глазах глядящих так печально.

 

 

Не уходи в туман небытия,

Побудь со мной

Хотя бы в знак протеста.

 

 

2003

 

 

 

***

И средь русских людей в Петербурге гулять.

Летних сумерек шепоты слышать прощальные.

Чалить лодкою отблески дали канальной.

Александра читать в темноте

И шептать

в темноту:

«Гениально».

 

1994 г.

 

 

 

***

Я опьянен прекрасными стихами!

Я взбудоражено иду среди домов.

Мой Петербург с каналами, дворцами

Мелькает наяву и между строф.

 

Здесь будто молнии величие и грома

Среди каналов, парков и дворцов;

И словно каждая парадная знакома,

И словно каждый отворен засов.

 

Мне часто снятся северные сны.

Сам Петербург, как сон, всегда спокоен.

И щеки утром с холода красны,

И гул судьбы несется с колоколен.

 

Остановиться утру в Петербурге

Мы приказали, если бы могли.

Немой туман укрылся б в переулке,

И листья бы дорогу замели.

 

окт. 1999 г.

 

 

***

Очень милая собачка

В нашем домике живет.

Даст, бывает, лапу нам,

А, бывает, и не даст.

Как захочет, так и будет.

Утром всех она разбудит.

Вот, такая вот собачка

В нашем домике живет.

1999 г.

 

 

 

***

О чем писать, когда и так

Все замечательно прекрасно;

Когда над нами солнце ясно

И навсегда рассеян мрак.

 

Живописуя жуткий век,

Мы сами можем испугаться.

Тогда нам все начнет казаться

Как смерти медленный разбег.

 

Возьмемся за руки, друзья!

Соединим сердца навеки!

Ведь мы же, все же, человеки.

Нам унывать никак нельзя.

 

 

окт. 1999 г.

 

 

 

 

***

Отчего я такой приколист,

Ведь же все так печально вокруг!

И туман не по-детски так мглист,

Во дворе дров глухой перестук.

 

Отчего мне всегда так смешно!

Может быть, я немного с ума,

Под луною гуляя, сошел,

А быть может и сам я – Луна.

 

2003

 

 

 

 

 


***

Привет, Антонио!

Давно ли мы с тобою

Бродя по Питеру

Мочились  в подворотнях.

 

Нам не вернуть уже тех дней,

Как перелётных

Грачей не расспросить

Об их пути.

 

 Прикинь, иной раз некому «прости»

Сказать, заглядывая нежно

И трепетно в глаза,

Где так безбрежно,

Так осторожно и немножко нервно

Написано «Олежка, не грусти».

 

2005

 

 

 

***

Иосиф Бродский, одолжи бродскизмов.

Я знаю, у тебя там где-то есть.

Я не сторонник ката-строфных катаклизмов,

Но, знаешь… я вскочил сегодня в шесть

 

Без четверти, схватил твой белый том

За третьим номером, читаю

«Крик ястреба», что взмыл над США

И видит вдруг 13 первых штатов.

 

Ты знаешь, очень мило. Не спеша

Пишу я эти строки, акробатом

Кружатся строфы, ритмы автоматом

Выстреливают как бы невпопад…

 

А помнишь Стрелку, Биржу, Ленинград,

Умение закону строить глазки.

Нагие статуи, осенний «Летний сад»,

Прости за рифмы плагиат «судейской таски».

 

 

Блюя в Атлантику, мы смело поплывем,

Ища свободы и земли обетованной.

На нас посыпется крупа небесной манны,

И океана дружелюбный водоем

Не даст уснуть от скуки и печали.

 

Ты слышал? даже чайки прокричали:

«Особенно нам нравятся твои

Стихи про муху, где ее, гумозку,

В конце поэмы ждет не столько смерть,

Что очень важно, но – метаморфоз(к)а».

 

2005-06-18

 

 

 

 

 

Инволюция

 

Я называл тебя своим зайчонком.

Ты мне орала, мол, «Не зоопарк!»

Орангутёнком называл тебя, слонёнком.

Ты рвала волосы, зверея на глазах.

«Ты Homo sapiens, - промолвил я несмело. –

Erectus Homo! Homo! Homo sa…»

Ты по лбу мне лопатой перегрела…

Теперь Erectus я. Быть может навсегда.

 

14.06.2005.

 

Полет Жужеля

 

Жужало Жужеля

Жуженное жужжит,

Когда Жужжетта

Жужеленно подлетает,

И вместе с Жужелем куда-то улетает.

(Не наше дело,

Чем там заняты они).

 

Любовь не спрячешь, не отдашь, не потеряешь,

Не прожужжишь, не выкинешь в окно.

Жужжа, над пропастью немного полетаешь

И пригласишь любимую в кино.

 

14.06.2005.

 

 

***

При нулевом балансе

Входящие на мобильный

Мягко, корректно входят

И тренькают поутру.

 

При нулевом балансе –

Безденежья апофеозе –

Приятно нажать на кнопку

И выслушать комплимент.

 

Девушка, не беспокойся!

Очнешься и не поверишь:

Любящий, скромный парень -

Красив, умен и богат.

Полюбит тебя навеки

За то, что в апофеозе,

Тоскуя и изнывая,

Ты трубку сняла в ответ.

 

2005-09-15

 

 

 

Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден.

 

Оупэн-эйр, оупэн-эйр!

Это радость для нас!

Пусть нам весело сыграет

Deutsche gruppe «Wasistdas».

 

Was ist das, Was ist dort,

Baden-Baden ist Kurort.

Deutsche gruppe, take it easy,

Иливыпрыгнем за борт.

 

 

Mostra bell`canzone vostra -

Noi voliamo super-lux.

Noch wir kamen in «Ben»-Laden

Um zu kaufen «Chupa-chups».

 

 

Evening coming netikėtai.

Gaila, kad koncertas baigs.

Mums liudnoka pasidarė,

Ничего – придем на next.

 

16.06.2005

 

 

 

 

Перевод стихотворения «Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден» на русский язык.

 

Оупэн-эйр, оупэн-эйр!

Это радость для нас!

Пусть нам весело сыграет

Немецкая группа «Wasistdas».

 

Что здесь, что там,

Баден-Баден - это курорт.

Немецкая группа, эй, полегче,

Или – выпрыгнем за борт.

 

Спойте вашу лучшую песню,

Мы хотим, чтобы все было по высшему разряду.

А еще мы приходили в магазинчик «Бэн»,

Чтобы купить чупа-чупс.

 

Вечереет неожиданно.

Жалко, что концерт скоро закончится.

Нам немножко взгрустнулось,

Но ничего – придем на следующий.

 

16.06.2005

 

 

Транслитерация стихотворения «Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден».

 

 

Оупэн-эйр, оупэн-эйр!

Это радость для нас!

Пусть нам весело сыграет

Дойче группе «Васистдас».

 

Вас ист дас, Вас ист дорт,

Баден-Баден ист курорт.

Дойче группе, тэйк ит изи,

Или – выпрыгнем за борт.

 

 

Мостра белл`канцоне востра -

Ной волъямо супер-люкс.

Нох вир камен ин «Бэн»-Ладен

Ум цу кауфен «Чупа-чупс».

 

 

Ивнинг коминг нятикетай.

Гайла, кад концертас бэйгс

Мумс люднока пасидаре,

Ничего – придем на некст.

 

16.06.2005

Новые стихи

 

***

Когда тебе твоя

Скорей всего невеста

Шлет смс сквозь множество границ,

Ты хочешь встать и сразу падать ниц,

Стоять-сидеть,

Внезапно прыгать с кресла.

Быть в ступоре,

Ни чьих не видеть лиц,

Слегка блажить,

Слегка махать руками,

Следить за танцем перелетных птиц,

Летать во сне,

Парить под облаками,

Обнять рябину,

Кушать виноград,

И быть уверенным,

Что сладкий мармелад

Девичьих губ

Подобен мармеладу.

 

 

2005-09-11

 

 

Политическая сатира

 

Ельцин алкач,

А Путин – ходок[5].

И пульс сразу вскачь,

По спине – холодок.

А вдруг и ко мне

Придут ходоки –

В матросской тиши

Погибну с тоски.

Ну и что! Ну и пусть!

Пропаду – не беда!

Хочу, чтоб народ

Был счастлив всегда!

Простецкий стишок

Без лада, без дна

Памфлетом пусть будет

Везде и всегда.

 

Yell «Sin!!! All cash!!!...

Put in hot-dog!»[6]

Летел по России,

Раскрывшей свой рот,

В девяносто восьмом

Тяжелом году,

Когда Беня Yellsin

Всех нас видел в гробу.

 

2005-07-10

 

 

 

Тату

 

Тату![7] Та ту![8] Ату![9] Ту-ту![10]

Truth, to two too two.[11]

Truth! Two*two![12]

 

Хотим Тату! Хотим Ta-team![13]

Дадим чего, иль не дадим!

Тату – туда! Тату – сюда!

Тату, блин, тута! И всегда!

Тату – герой! Всему конец!

Тату, в натуре[14], молодец!

 

 

- А теперь… Транслитерация!!! -

 

Тату! Та ту! Ату! Ту-ту!

Тру ту-ту ту-ту!

Тру ту-ту!

 

Хотим Тату! Хотим Ta-тим.

Дадим чего, иль не дадим!

Тату – туда! Тату – сюда!

Тату, блин, тута! И всегда!

Тату – герой! Всему конец!

Тату, в натуре, молодец!

 

 

 

 

 

- и еще раз! –

 

Tatu! Ta tu! Atu! Tu-tu!

Тру тУ-ту тУ-ту!

Тру ту-тУ!

 

Hotim Tatu! Hotim Ta-тим.

Dadim chego, il’ ne dadim!

Tatu – tuda! Tatu – sjuda!

Tatu, blin, tuta! I vsegda!

Tatu – geroj! Vsemu konec!

Tatu, v nature, molodec!

 

 

2005

 

 

 

***

Немного фламинго взлетаемым облаком крыт горизонт.

Вода, уходя из-под ног, отражает

Розовых птиц,

Величие коих

Вполне очевидно для тех,

Кто хоть раз

Лицезрел,

Как немного фламинго взлетаемым облаком крыт горизонт.

Там сливается вдруг

Поверхность Victoria Lake

With yellow Africa’s heaven.

 

2005

 

 

Чюрлёнис.

 

В августе тени становятся длиньше,

А дни короче.

Яблоки падают оземь,

Звук издавая «тык».

 

Сколько живу, а всё не привык

К длинным теням,

К яблокам оземь,

К сумеркам летним,

Что шепчут неслышно,

Что скоро зима,

Что все мы уснем…

 

 

2005

 

 

 

 

***

Как много чувственности в русском языке!

Как много в Хармсе всяческого блямса!

Бербеделямса, перетыритрямса,

Бебебелямса и немного суеты.

 

Какое счастие - со всеми быть на «ты»!

К прохожим обращаться за советом.

Гулять по Питеру, самим сводить мосты

И в Петергоф умчаться на ракете.

 

Как много в Питере нездешней красоты!

Наверно призраки гуляют вдоль каналов,

Когда под утро, подустав от маеты,

В колодец выдавишь себя из одеяла.

 

2005-09-19

 

 

***

Из мира мертвых мне приходят сны.

В тяжелых одеяниях, печальны

Там призраки стоят. Из тишины

Какой-то гул ко мне доходит погребальный.

 

Мне очень горестно. Зачем они пришли.

Куда зовет меня их взгляд потусторонний.

Неужто в мире явном, на Земли

Я был лишь наблюдателем сторонним.

 

Что там за кромкою? В неведомых мирах?

Какой-то свет, как будто серебристый.

И призраки, не двигаясь, стоят.

Не исчезают, не подходят близко.

 

И чей-то крик пронзительный в ночи,

Срываясь, плача и терзаясь невозможно,

Ворвется в душу,.. быстро замолчит,

И гулким эхом отзовется осторожно.

 

 

2005-09-20

 

 

 

Лере Королевой

 

Валерия Королёва,

Читая Ваши стихи,

Хочется расцеловать

Вас, Ваши стихи,

Оранжевый цвет,

Ваш причесон,

Зеркала парикмахерских,

Где Ваших уже отражались

Глаз огромных моря.

 

В Ваших стихах

Великая тайна,

Которую не разгадать

Какому-то там глупцу.

 

Рифмуя себя с «к лицу»,

Строчки уходят в даль.

Рифмуя с «не жаль»,

Подходят к концу.

 

2005

 

 

 

Вот они – глюки!

 

Испепеляющие взоры

Бросать на девушек внезапно.

 

Собрать в лесу все мухоморы

И обожраться безвозвратно.

 

Парить на крыльях вдохновенья

И врезаться в какой-то лайнер.

 

Упасть на Хельсинки в смятенье,

Попав на праздник «Похмеляйнен».

 

И плыть по жизни катаклизмом,

Мешая имена и даты!

 

Быть независимым, капризным,

Веселым и слегка поддатым.

 

Познать и бурь порыв мятежный,

И сладострастья миг сладчайший.

 

Обняться с Женщиною нежно,

Из темной чащи выходящей.

 

У космонавта на скафандре

Оставить граффити автограф.

 

Чтоб с бегемотом на веранде

Вас из кустов снимал фотограф.

 

Чтоб бегемот сидел на стуле,

От солнечного света щурясь.

 

И чтоб танцуя на ходулях

Вы с ним торжественно столкнулись.

 

 

 

Вот они – глюки! (2-ая серия).

 

Испепеляющие взоры

Бросать на девушек украдкой.

 

Нациста жирного в дозоре

Мочить украденной лопаткой.

 

Приехать к финнам в Похмеляйнен,

Но получить от них по морде.

 

Венчаться с Женщиною тайно,

Купив сундук и клавикорды.

 

И с бегемотами фривольно

Пинать скафандр космонавта,

 

Пока он голый, но довольный

Читает в подлиннике Плавта.

 

И, ни о чем не беспокоясь,

Жить на веранде с бегемотом.

 

Пока фотограф, где-то моясь,

Вас не распял из водомета. 2005-09-26

 

 

***

В комнате темной я буду сидеть одиноко, печально.

Где-то за стенкой сверчок пропоет свою странную песню.

Ветка в окно вдруг забьет, и нарушит молчанье

Щепка в камине, от жаркого пламени треснув.

 

Длятся минуты и тени шевелятся странно.

Медленно вдаль уплывают желания, мысли и чувства.

И ощущение вдруг возникает спонтанно,

Будто бы много вокруг непонятного тихого хруста.

 

Две колыбели я вижу опять как всегда пред собою.

В них зарождается трепетно жизни печальной основа.

Вырастет нечто в тебе, обернувшись тоскою –

И поплывет, обернется, восстанет и сдвинется с места.

 

2005-10-02

 

 

***

Закат, пламенея, спускался за край небосвода.

- Поедем кататься, - сказал я подруге своей. -

Поедем быстрей, пока сказочных звезд хороводы

Не стали мерцать на чернеющем небе морей.

 

- Давай не поедем, - промолвила девушка мне. -

Останемся здесь, чтобы чутко расслышать во тьме

Шорох волн о песок, еле слышный прибой,

А под утро вернемся домой.

 

2005-09-27

 

 

 

 

***

Редактору тематического сборника

«Новые имена Санкт-Петербурга»

Максиму Швецу посвящается.

 

Когда Максим в который раз меня попросит

О транспорте хоть что-то написать,

Я вдруг проснусь - часов, наверно, в восемь

И стану на пол в безысходности сползать.

 

Ну, нет, Максим, про транспорт не выходит.

Пускай трамваи где-то тренькают вдали.

Пускай кондуктор по салону колобродит.

Пусть хоть задушит всех в трамвае №3.

 

Я был в депо, я был на полустанке.

Я на вокзале ошивался 10 дней.

Я видел даже курицы останки,

На рельсах сгинувшей… Я видел добрых фей,

 

Которые сказали, что Максиму

На самом деле очень нужно про трамвай,

Про то, как курицу слегка перекосило,

Про изверга-кондуктора. Давай,

 

Максим, подумаем, действительно, а может,

Вот это, то, что вышло у меня

Тебе хоть как-нибудь, хоть чем-нибудь поможет -

И в сборник ради, и забавы для.

2005-10-16

 

***

Собачка по имени Тузик

Целует кондуктора в пузик.

Кондуктор не зная, что сделать в ответ

В смущенье ей дарит билет.

 

 

2005-09-29

 

 

 

***

В мой мир врываются во тьме перепела.

Под грохот крыльев лунный свет мерцает.

В душе натянута какая-то струна -

То вдруг появится, то снова исчезает.

 

Как чуден мир объятий и оков.

Захочешь вырваться – никто не помешает.

Но слышен где-то бесконечный зов,

Грохочут крылья и Луна мерцает.

 

В тиши покоя, в полной темноте

Дано нам слышать Вечности дыханье,

И крыльев легких, незаметных трепетанье

Сквозь сон почувствовать в полночной тишине.

 

2005-10-02

 

 

 

***

Как чуден, фантастичен мир поэта Мандельштама.

Там правит бал невозмутимость слога

И целомудрие метрических длиннот.

2005-10-04

 

 

 

 

***

Тихо вокруг…

 

2005-10-14

 

 

 

 

 

Я за равенство полов! А ты?

 

Есть женщины, и есть мужчины.

С мужчинами рифмуются «причины»,

А с женщиной рифмуется мечта!

 

Не много ль суеты вокруг кота?

Не много ль зрим отличий меж полами?

 

Давайте воспарим под облаками,

На равных взявшись за руки, пока

Не грянул женский бунт слегка.

 

 

2005-06-19

 

 

 

Forest Ant.

 

(horror film – фильм-ужасфильм д`оррёр)

 

сценарий

 

  1. В джунглях живут муравьи.
  2. Их очень много. Они
  3. Кушают мышку, слона,
  4. Плюя, между прочим, на
  5. Крики и вопли зверей
  6. «Не ешь меня, муравей!»

 

 

2005-06-19

 

 

 

***

Я с Женщиной хочу общаться,

А не с «овцой».

В бассейн прыгать с ней,

Бежать трусцой.

А напиваться вдруг - так «вдрабадан»,

Потом карабкаться

Чтоб на диван.

 

2005-06-19

 

 

 

Конец уроков. Классные часы. 9 «Б» и ихняя училка.

 

- Ребята, блямба, не ругайтесь матом.

Как много дряни, блин, у вас во рту.

Ты чё, блин, русского не чуешь красоту?

Блинов объелась,.. мать?

Чё лупишься, дурында?

 

- Марина Паллна, хотели мы сказать…

 

- Молчать уроды!

Глупая говинда!

А голову ты дома не забыл,

Забыв дневник?

Боишься замечанья?

Мозги мои избавь от полосканья!

Чё хмуришься? Пошто главой поник?

Я вас построю!

Я устрою здесь дисбат!

Без шеста будем прыгать по канату!

Ну,

Кто здесь самый борзый акробат?

Молчите, блин!

Тупые чертенята!

…………..………….

Послать бы нафиг вот таких «учителей».

Наплюйте в морду им

Без страха и сомненья!

Вас ждет награда,

Сладость избавленья

И череда

Счастливых, светлых дней.

 

2005-06-19

 

***

Узбека дочь.

Казбека пачка.

Подите прочь!

Пипеток тачка.

 

Обглодок мыльца.

Свиное рыльце.

Желанье спиться

И простудиться.

 

Перелопатить!

Перегундосить!

Перелохматить!

Изнаркомпросить!

 

Жуя котлету,

Смотреть на Свету,

Ныряя в ванну –

На Марианну.

 

2005

 

Новые стихи

 

 

***

Утром встал - пошел магазин.

Пошел магазин – наступил бензин.

Внутри магазин танцевал грузин

И один продавщиц Зин.

 

2005-10-21

 

 

 

***

Здравствуй, бешеный карлик!

Давно не видались.

Давно не швыряли в прохожих

Банки, огрызки от яблок,

Рваный сапог, пустой холодильник,

Сломанный магнитофон.

 

А помнишь, как было прикольно.

Ловя на ходу холодильник,

Люди неслись к автомату

Набрать поскорей «02».

 

2005-11-29

 

 

 

 

 

 

 

Песенка о том, как я остался без денег.

 

И вот я опять остался без денег,

И нечего кушать теперь.

Как маленький ослик решился на веник

Свой взор обратить я теперь.

 

Уж взял его в руки, и вдруг,

О, удача, 100 баксов я вижу теперь.

Сквозь прутья мерцает шальная купюра –

Я выжил, я счастлив теперь!

 

Но как затесались 100 баксов сквозь прутья, -

Стоял я и думал теперь. –

Видать кто-то банк подметал поле взрыва,

И думал, однако: «Теперь

Как много купюр, но не все приземлились –

Парят где-то под потолком.

 

Недаром, наверно, мне осень приснилась

С дождем, листопадом… Кругом

Не видно ни зги, лишь бумажные деньги

Кружатся как листья во тьме.

Уж ветром осенним завыла сирена –

На выручку мчит ФСБ».

 

2005-10-23

 

 

 

Я шведский бы выучил только за то, что на нем разговаривал Карлсон.

 

 

Спасибо тебе, Астрид,

За то, что ты, Линдгрен,

И твой приколист Карлсон

Скрасили детство мое.

 

 

Детство, в котором Рейган

Сыпал всем СОИ на рану,

А русская десантура

Врывалась в Афганистан.

 

Я шведский бы выучил только

За то, что, в меру упитан,

На нем разговаривал Карлсон –

Мужчина в рассвете сил.

 

Как здорово то, что фрекен

Со всеми в конце подружилась,

И Карлсон уже простившись

Вернуться пообещал.

 

2005-10-25

 

 

 

 

***

В моих стихах сплошное тру-ля-ля.

Меня у Гампер[15] обвиняют в лицедействе.

Спасибо, хоть не в черном манихействе,

А то б я бросился в пучину с корабля.

 

Друзья мои, чтоб весело писать,

Изрядно надо голову сломать.

 

2005-10-27

 

 

 

 

 

***

Армагеддона ждать уже не долго –

Кушнерианцы не планету прилетят.

И взыщут по счетам: с поэтов прозу,

С прозаиков – поэмы захотят.

 

Царь Александр на межзвездном Буцефале,

Сойдет на землю и начнется Страшный суд.

Смотрите, на межзвездном терминале

Вселенной Конституцию несут.

 

Кушнерианцы, не судите строго.

Пускай останется не тронут звукоряд.

У нас у всех, видать, своя дорога:

Вам в дальний космос, нам – наверно, в ад.

 

И где бы нас не бросила судьбина,

И творчество куда б не занесло,

Запомни, Кушнер, в тяжкую годину

Я протяну взаимопомощи весло.

 

2005-10-27

 

 

 

 

***

Я буду метаться, как Осип, в большой межпланетной тарелке.

Читая зеленым от страха Земной Манифест человечкам.

Вдыхая янтарь и каштановых прядей осечки

За мельничным шумом и цокота дроботом мелким.

 

И пусть во Вселенной, в пространстве пускай отразится

Поэзии русской раскатисто грохот железный.

Пускай Мандельштама эпоха немного продлится,

Хоть нет во Вселенной ни смысла, ни звука, ни слепка.

 

И пусть Манифестом Земным навсегда оглашенны

Зеленые братья присосками машут печально.

И, русской поэзией будучи враз вдохновленны,

Пусть гимн нам споют свой возвышенно, тихо, прощально.

 

2005-10-27

 

 

 

 

***

Как сволочь не висит на фонарях,

Как урожай не тонет в закромах,

Так вот и я – сижу и ни гу-гу,

Но все равно опять к тебе приду.

 

Приду как рыцарь со щитом и булавой,

Как Одиссей приду, вернувшийся домой,

Приду противный и хромой как старый дед

«Пошел ты на фиг», чтобы выслушать в ответ.

 

 

И мне ворона вдруг покажет чудеса,

Из-за кордона приплывет ко мне лиса,

Босые ноги мне покажет старый дед,

Я не на шутку разозлюсь на белый свет.

 

Ворона вдруг возьмет под козырек,

Лиса обратно устремится наутек,

Ботинки раздобудет старый дед,

А Санта-Клаус мне подарит пистолет.

 

В мозгу возникнет слово «суицид»,

Я захочу узнать, что значит «антрацит»,

И стану отвлекаться, не хотеть

Во цвете сил бесславно умереть.

 

Опять к тебе приду и позвоню.

Ты скажешь: «Хай, ю лук лайк вери блю».

А я скажу, что я тебя люблю,

И этим жизнь свою несчастную продлю.

 

2005-10-28

 

 

Привратник.

 

В комнате темной,

Журчаньем воды оглашенной,

Мойся, Привратник,

Мочалкой дери свое тело,

Ибо ты в ванной,

А свет, как всегда, отключили.

 

2005-10-27

 

 

 

 

 

 

 

Спиритический сеанс.

 

Иосиф Бродский, ты - не Мандельштам,

Но, как и он, кажись, вполне Иосиф.

Ты из астрала возвращайся к нам.

А мы прочесть тебя чего-нибудь попросим.

 

На ум приходит слово «циферблат»

«С стигийской нежностью и веткою зеленой».

Из «Шествия» проходит маскарад

Пред нашим взором навсегда ошеломленным.

 

Тарелку вертим мы без лада и аза,

Скоропостижно вспоминая «Представленье».

Ты если с нами, то открой глаза

И подари нам пару тактов вдохновенья.

 

Иосиф, сколько раз из глубины

Твои стихи врывались в подсознанье

Как серафимов невозможное рыданье

Среди немолчной и прозрачной тишины.

 

2005-10-28

 

 

 

 

 

 

Екатерине Золотаревой.

 

Я антибальмонт, антиблок и антифауст.

Я улыбаюсь иногда как Раймонд Паулс.

Приеду в Ригу, откупорю лимонадус,

И пусть «за палдиес»[16] мне чистят башмаки.

 

Я вздрагивать люблю при слове «грозы».

Читатель вряд ли станет ждать от рифмы розы.

Над вымыслом опять прольются слезы.

И полетят куда-то мотыльки.

 

Я был бы рад лишиться дара речи,

Узнать и не узнать тебя при встрече.

И пусть закат опять к тебе на плечи

В который раз приляжет отдохнуть.

 

2005-10-29

 

 

 

 

 

Анемподисту Кайдалову посвящается.

 

 

Анемподист – ты родственник Геракла!

Твоя фамилия Кайдалов, ну, так что ж!?

Ты в Древней Греции похож на Гая Гракха,

А в Древнем Риме на Диониса похож.

 

Ты весь античный и в сандалии облаченный,

Хоть и в России обитаешь. Ну и пусть!

В наш век дурацкий, чупа-чупсом забубенный

Ты смог развеять вдруг прорвавшуюся грусть,

 

Которая, порой, так своевольно,

Не зная ни шлагбаумов, ни преград,

Ворвется в душу, упадет на подоконник –

Молчит и хлопает глазами невпопад.

 

 

2005-10-24

 

 

 

Екатерине Молочниковой

 

Не в кольцах - только маленький мизинчик.

Любитель Босха полистать до темноты.

Оранжерейной тайны апельсинчик

Оранжевый – такой же, как и ты.

 

Отломится ли долька нам несмело?

Отправится ли Crazy Cat в полет?

Давай, Катрина, веселей, за дело!

Преподнеси нам новый анекдот.

 

2005-10-31

 

 

 

Дмитрию Легезе

 

К чему по Фрейду снится стрекоза?

Излечит ли нас доктор Легеза?

Ляг на кушетку и закрой глаза.

И отпусти как можно глубже тормоза.

 

 

2005-10-31

 

Новые стихи

 

Виктору Ганчу

 

О, мудрый, добрый, досточтимый Ганч!

Твой лик благообразен, но обманч.

Ты мог бы стать шаманом у команч.

И бить в неистовстве в священный барабанч.

 

Ты поступи в «Бруевич» или в «Бонч»

И фак по теле-радио законч.

И покажи нам передачу на экран

О том, как лупишь исступленно в барабан.

 

И мне приснится враг твой ирокез.

Со скальпом, томагавком или без.

И Клинтон с Моникой ушедший в лес.

И Чингачгук спустившийся с небес.

 

2005-10-31

 

 

 

Девушке шуршавшей фантиком на ЛитО посвящается.

 

Шурша шуршишь ли, Шырш ли ты, Шуршавчик,

Шуршунчик, Шурман, шурш-директор, наконец.

Конфетку съешь, а фантик спрячь в рукавчик,

Шуршанна, Шуршунетта, шуршунец.

 

Сыграть шуршанто con spirituoso

Удастся вряд ли в наш безумный век.

Шуршащий фантик вряд ли станет розой.

Шуршанка, Шуршунита, Шуршунэ.

 

Коль фантик сделан из простой бумажки,

А шоколад из крупского стекла –

Нам остается лишь придумывать шуршашки,

Шуршалки, шуршурашки, шуршура.

 

2005-11-09

 

 

***

Давайте с ведьмами схоронимся в лесу.

Зажжем костры и вспомним заклинанья.

Увидим женщин бесноватых красоту,

Услышим крики, вопли и стенанья.

 

И пусть огонь вселенского костра

Нас обожжет своей сакральной мощью,

И тыквы helloween`ской пустота

Нам улыбнется из священной рощи.

 

Пусть ведьмы спляшут нам чечетку и канкан,

Брейк-данс, фокстрот и менуэт забавный.

И пусть заклацает от радости капкан,

Поставленный охотником специально.

 

2005

 

***

Я буду рифмовать «березы-слезы»,

«Душа-дыша», «енот-компот» и «роз-мороз».

Шаблонных рифм пускай крылатые стрекозы

Мне принесут вселенской глупости наркоз.

 

И пусть шальная от безделья критикесса

Наклёкает в какой-нибудь журнал,

Мол, у меня в зубах застряло десять бесов

И недостаточно я их пережевал.

 

Я буду рифмовать «дорога-Бога»,

«Имамы-мамы», «кули-мули», наконец.

И в летний полдень вдруг появится эклога

Прекрасная, как царственный венец.

 

2005

 

 

 

***

И вновь, как прежде – одинок

Под сумрачным шатром Вселенной.

Жуя бифштекс окровавленный

Уходят гости под шумок.

 

Приходит Мрак, Душевный Глад,

Вселенский Холод и Утрата.

Звонок в сенях – «У аппарата» -

Гудки – и трубка на рычаг.

 

Я вновь один. В моей душе

Оцепененье обалдуя,

Ошеломленье поцелуя

(Увы!) познавшего уже.

 

Приходит Тень, за ней фокстрот,

И Граммофон под Абажуром.

Оревуар дружа с Бонжуром

Беспечно кушают компот.

 

Потом приходит Сладкий Сон,

И, убаюканный невольно,

Я покидаю своевольно

Дурных фантазий батальон.

 

2005-11-10

 

 

 

***

Могу и не могу одновременно

Представить то, что сделается с нами,

Когда, влекомые ночными голосами,

Соединим свои тела самозабвенно.

 

Соединим свои тела самозабвенно,

Как говорят поэты, под Луною.

Ты будешь жить одним лишь только мною,

А я – тобою.

 

И лунный свет серебряный и странный

Вольется в душу нам обоим непременно,

Наполнив радостью элегии печальной,

Самозабвенной.

 

2005-11-11

 

 

***

Я бормочу, когда хочу

Расправить крылья, улететь,

Исчезнуть, кануть без следа

И не вернуться никогда.

 

Пусть мир в отсутствии меня

Познает боль своей утраты.

Пускай совковые лопаты

В сарае грохнутся, гремя.

 

Пускай веселые жучки

Друг с дружкой на перегонки

Сквозь стог летят на сеновале.

Пусть Бегемот и тетя Валя

Станцуют танго у реки.

 

2005-11-11

 

 

 

Бармен Лилиан, Олелуй и девушка Лейла.

 

О, разливающий лилео Лилиан,

Лилейно лей лилейное лилео.

Лилейно лействуя, лилейное лилея,

Олелую ли, Лейле ли нальешь

За стойкой бара свой напиток непонятный.

Ты как всегда сегодня свежий и опрятный,

И в воротник к тебе вцепилась баттерфляй.

 

Ты посетителям фисташки продавай,

Крути бутылки в воздухе умело,

И знай, что Лейла Олелуя не сумела

В который раз позвать к себе на чай.

 

2005-06-03

 

 

 

Переводы с английского.

 

- Донт тач ми, бейби,

Иф ю нот лов ми.

Ай гона крейзи,

Вэн ю соу тач.

 

Май флэш он фая,

Бат ё дизая

Тю мач анноун

Фо ми.

 

- Эт хоум

Ноубари си ас.

Ю твенти иеас,

Ви а нот чилдрен,

Айм олдман тю.

 

- Бат, суити, лисн,

Летс стоп, энд, кисн,

Летс свеа ич адэ

Тю кип он лов.

 

2005-06-09

 

 

 

 

Шоу-бизнес. Фокусы. Прекрасная Матильда.

 

 

В который раз в объятьях Коперфильда

Она исчезнет на моих глазах.

Меня захватит нестерпимый страх,

Что не вернется к нам прекрасная Матильда,

Забытая маэстро впопыхах

В коробке с кроликом, удавом и пингвином.

 

……………………………………………….

 

Внесен цилиндр. Вертится в руках

Прямая трость, белеет набалдашник.

Манжетами топорщится загашник –

Там гуси-лебеди готовятся на старт.

 

Что нужно зрителю? Цилиндр? Колода карт?

Их перелет с ладони на ладонь?

Из пасти изрыгаемый огонь?

Яйцо, возникшее никак и ниоткуда?

 

Он ждет даров, немыслимого чуда!

Коронных фокусов, наездницы в трико.

Пусть подадут ему двугорбого верблюда

И пропихнут в игольное ушко!

2005-06-12

 

***

My dear Suzy, what, so, can I do,

When you present me light of shining eyes,

And Neva-river`s never-ending ice

Unites together us na Troitskom mostu[17].

 

2002-2005

 

 

 

***

Ты лежишь со мною рядом

И не хочешь спать.

Звезды все одной рукою

Хочешь сосчитать.

 

Как ни весел, как ни сладок,

Как ни нежен я -

В небеса глядишь с тоскою,

Милая моя.

 

И, рыдая, убегу я

В дальние поля.

К небесам тебя ревнуя,

Милая моя.

 

1992 г.

 

 

 

***

 

Когда я брел под знаком непогоды,

Переступая медленно разливы темноты,

То видел белые я песен хороводы,

И злой поэзии блистательные своды

Под сенью туч зловещей красоты.

 

1992 г.

 

 

 

«Одиссей» Кончаловского.

 

Итак, Итака!

Царь – незнамо где.

Грусть Пенелопы.

Вечереющее море.

 

Царь Одиссей

С Poseidon`ом повздоря,

Плывет на ощупь

В море как во тьме.

 

Взят Илион,

Низвержен царь Приам.

Лаокоон, хоть был и прав,

Но пожран змеем.

 

Царь Одиссей,

Час от часу взрослея,

Плывет туда,

Куда не знает сам.

 

Как переплыть

Печали Океан

Меж Сциллой Правды

И Харибдой Грусти?

 

И чем еще

Понравится богам?

Чтоб своевременно

На родину вернуться.

 

Пусть нам не строит глазки Полифем –

Мы сами всех овец пересчитаем!

И ветер свищет в парусах «трирем»,

И долгих странствий Одиссею обещает.

2005-11-15

 

 

***

Лоллобриджида, расскажи нам о Гавайях,

Где бродит в сумраке печальный бабуин.

Где никогда не пробовали вин,

И не дразнили идиотом попугая.

 

Где море плещется, свирепствует вулкан,

И с пальм срываются мохнатые кокосы,

Куда не доплывет катамаран,

Где неуместными покажутся вопросы

Про «как дела», «здорова ли маман»,

«Отрезать нафиг иль оставить косы»,

«И не сходить ли нам сегодня в ресторан»,

«И не настигнет ли Д.Буша ураган»,

«И в тишине ли арестованы матросы».

 

2005-11-17

 

 

 

 

***

Пусть Ющенко доест свой апельсин!

А Тимошенко уберет подальше корки.

Пусть Украину перетрут, как в кофемолке,

В горниле безответственных доктрин.

Пусть Ющенко доест свой апельсин.

 

2005-11-18

 

 

 

 

***

Эстетика – фундамент красоты.

И что угодно пусть гундосят моветоны;

Я влезу на Монмартр – с высоты,

Сняв предварительно очки и панталоны…

 

Ну, ладно, ладно. Вижу. Занесло.

Смущать Париж не позволяет воспитанье.

Эстетика – фундамент умиранья,

Богемной жизни золотое ремесло.

 

2005-11-18

 

 

Новые стихи

 

***

Я ударяю в бубен –

Гул…

 

2006

 

 

 

 

Хокку.

 

Что делать мне?

Зима не за горами.

А полушубок расползается по швам.

 

2005-11-21

 

 

 

 

Хайку

 

 

Одинокий кот бредет по тротуару.

Капли дождя в шерсти.

 

 

 

Ворона садится на траву.

Букашки, атас!

 

 

 

Сайгак читает Дианетику.

Тоже хорошо.

 

 

Березовский позвонил по телефону.

Занято.

 

Рыбы прутся на берег.

На плавниках уползают вдаль.

Вот.

 

2006

 

 

 

 

Сон матроса Протасова.

 

Слоны сношаются на палубе баркаса.

Бушует море. Тяжелеет ураган.

Впередсмотрящим на носу матрос Протасов

Уже достал крупнокалиберный наган.

 

Навстречу айсберг – выстрел –

Глыба в щепки.

Осколки разлетелись тут и там.

Протасов в шоке (не в своей тарелке),

Слоны задумались – но пофигу слонам.

 

Слоны пыхтят, предчувствуют экстаз.

Два хобота сплелись в смертельной схватке.

Холодный пот, душа куда-то в пятки.

Протасов вздрогнул – и исчез баркас.

 

Протасов сел, сглотнул, нахмурил брови.

На всякий случай осмотрел наган.

Закрыл глаза, расслабился и вскоре…

 

Бушует море, тяжелеет ураган…

Лихие айсберги, в машине гул мотора,

От ветра китель рвется пополам.

Из рубки – Вагнер, «марш Тореадора»,

Слоны сношаются – и весело слонам.

 

2005-11-21

 

 

 

 

***

Фотошепотом кликну тебя из окна проинсталленой проги.

И в аутлучной мессаге батонами выжму цветок.

Разукрашена в Кореле, зная пароли и логи,

Ты пропишешься в корне как самый большой каталог.

 

И как скользкая, мыльная, net – как ru-чная собака

Ты споешь мне о том, как, порою, шалят драйвера,

Как двухтысячный виндоуз повис и тихонько заплакал,

И как Билла ругали обутые им юзера.

 

В Макромедия Флеш мы сварганим какой-нибудь мультик –

Будто Буша Володька в сортире мочил поутру,

Будто самый пугливый из нас поучаствовал в бунте

И занес свое имя в <тридаблю бунт точка ру>.

 

Гигабайты любви пусть скачает винчестер из сетки.

Безопасного трафика пусть не умолкнет поток.

Интернетом живущие диджитал-мега-нимфетки

Пусть пришлют мне на мыло инфы интересной глоток.

 

Я усну на бэкспэйсе, нажав эту страшную кнопку.

Програм-боди сотрется и рядом повесится шеф.

Наша фирма опять всяким демонам злым неустойку

Предоставит сполна… А меня сохранит в джэ-пэ-гэ.

 

Распадаясь на пиксели, растрово так улыбаясь,

Я отпряну к стене, опрокинув стеллаж с ди-ви-ди.

И в последний момент, не прощаясь, вися и качаясь

Мне начальник промолвит: «Уволен, придурок. Уйди».

 

Я умру как пацан и воскресну как диджитал обджект.

И к любимой подруге сольюсь на большой каталог.

И какой-нибудь хакер (ворюга, гоп-стопник, налетчик)

Постучится тихонько, придя к нам на наш огонек.

 

2005-11-25

 

 

 

 

Ницшиен штудиен

 

***

Рождение трагедии из уха музы.

 

 

***

Вглядываясь в телевидение, помни, что и телевидение вглядывается в тебя.

 

 

***

Блаженны ницшие духом.

 

 

***

Ницшета философии.

 

2006

 

 

Служенье муз

 

На первый взгляд оно не требует венца.

Оно прекрасно, потому и величаво.

И, судя по всему, оно начало

И вдохновенья, и счастья, и конца.

 

Невыносимо жестк и горек труд поэта.

И воля волн непредсказуема порой.

Душевный вопль остается без ответа,

Следов не оставляя за кормой.

 

Заря вечерняя – прародина багрянца,

Спадая с плеч, ушла за горизонт.

И вновь приходится встречать как иностранца

Ночного мрака холодеющий аккорд.

 

2005-12-01

 

 

 

***

Успеют утром ль кукарекнуть петухи?

Успеет Штирлиц ли умчаться в Попыхи?

Он впопыхах забыл секретнейший пакет.

Застукает ли Морзе с фрау Кэт?

 

В окно ли вывалится скорбно пастер Шлаг?

Надолго Мюллер ли напялит свой колпак?

Дождется Борман ли к себе приставки «фон»?

И взвизгнет ль Вагнером Адольфа граммофон?

 

Ворвутся русские в разрушенный Берлин.

Им вдруг понравится и Дитрих, и Мерлин.

Они Европы блеск попробуют за зуб,

Соцлагерь превратив в колхозный клуб.

 

Прочтется в Праге неяпонское танка.

Вновь интервенты в Будапеште гопака

Отпляшут лихо в пятьдесят шестом.

В конце концов, Стена пойдет на слом.

 

Приедут русские в отстроенный Берлин.

И карту местности потребуют и вин.

Попросят вежливо у немцев «грюне-кард»,

Потомки фрицев станут «фройнд» и «камарад».

 

Чуть раньше рухнет в та-ра-ры СССР.

Сабчаком Петербурга станет мэр.

Точней, наоборот, прошу простить –

Собчак стал мэром. Боря начал пить…

 

Об Монику обрадовав себя,

Сыграв на саксе «ду-ду-ду» и «тру-ля-ля»,

Желая в целом «никому не навредить»,

Он начал Югославию бомбить.

 

Его сменил не лучший президент,

Использовав Ирак как прецедент,

Свободу наций вывалял в грязи.

Опять ГУЛАГ маячит впереди.

 

Народ, восстань, и человек, восстань!!!

Убей в своей душе тмутаракань!

Прав не дождешься, даром - не дают.

Их если нет – самостоятельно берут!!!

 

2006

 

 

 

 

Анархия.

 

Как выразить еще смогу

Свою любовь, участие и дружбу

Тебе, мой брат? – Под знаменем стою,

Неся свободы вожделенной службу.

 

Не правда ли, с общения, с любви,

За каждый взгляд, привет, рукопожатье

Мы платим государству - из казны

Нам возвращаются обиды и проклятья.

 

Налоги с сердца, с праздника души,

За каждый вздох, за счастье, озаренье,

И каждый раз приходится глушить

Внутри себя свободы вдохновенье.

 

Под Черным Знаменем пускай, освобожден,

И человек, и целый мир воспрянет!

И люди все, поправ ногою трон,

Друг другу руку помощи протянут!

 

2005-12-06

 

 

***

Я не ропщу. Печаль моя светла.

Опять нет денег. Будут ли – не ясно.

Устал стенать, надеяться напрасно

И чашу горя испивать до дна.

 

Опять один во всей Вселенной, блямба.

Никто не в силах мне ничем помочь.

Не отличая от хорея ямба,

Иду по Улице. Фонарь, Аптека, Ночь

Вдруг попадаются, плывя навстречу.

«Не говори со мной – что я тебе отвечу?»

 

2006

 

 

 

 

Апокалипсис наших дней.

 

И разверзлись хляби небесные.

И грянул гром.

И пошло все мраком.

И раки вылезли из нор своих.

И уставили клешни в небо.

 

И был всадник на белом коне.

И конь несся как призрак.

 

И были стоны и крики, и плач и скрежет зубовный.

 

И вышла дева с чашею в руках и до дна излила горечь дней своих.

 

И был ропот, и глад, и мор велик по всей земле, и люди не узнали друг друга.

 

И пришел отрок о двух рогах и соблазнил всех до единого, и поклонялись ему аки дьяволу.

 

И сказал отрок: «Аз есмь грядый во имя Отца и пришед души грешныя спасти».

 

И многие соблазнились, думая, что это Он.

 

А многие книжники думали в себе: «Пусть поклоняются, ибо нам уже уготовано место в Царствии Небесном».

 

И настал День гнева Божия, и указал отрок о двух рогах на книжников, и пожрал их огонь гнева, и сгинули книжники все до одного.

 

 

И Мрак Вечный окутал землю, и все ходили во тьме и не могли видеть ни себя, ни брата своего. И слышны были стоны и крики, и плач, и скрежет зубов.

 

 

2006

 

 

***

Всепоглощающим кошмаром

Проходят лета отголоски.

Дней переполненных повозки

Грохочут медленно вдали.

 

Как знать, наверное, могли

Остаться в августе навечно.

И жизнь прожить, катя беспечно

Большого счастья валуны.

2006

 

 

Молодым борцам за свободу посвящается.

 

Завоеванные дали

Мы с тобою увидали –

До чего ж кругла земля,

Если зырить из Кремля!

 

Спит осужденный в Бутырке.

Водка спит на дне бутылки.

Оккупации режим

Как и прежде – недвижим.

 

Спят татары и якуты.

Надоели вовкипуты!

Вот и слиплись два словца

Сквозь цензу не процаца.

 

Спят нашисты и фашисты,

Пехотинцы и танкисты.

Ленин утащил бревно,

Чтоб срубить буратино.

 

Спит Ежов обняв Ягоду.

Самый главный враг народа –

Оська Сталин ест в аду

С голодухи лебеду.

 

Спит кощей, начхав на злато.

Спит салага с автоматом,

Леденея на мосту –

Государственном посту.

 

Спят три Вовки на Плющихе:

Жирка, Ленка и Путиха.

И у каждой между тем

Куча всяческих проблем.

 

У кого бревно стащили,

У кого – моча в сортире.

И в Индийский Океан

Жирку прет катамаран.

 

Спит Собчак в штанах от Гуччи.

Спит Фрадков мрачнее тучи –

Не выходит у него

С ВВПенцем ничего.

 

Спит профессор в раскладушке.

Спит березка на опушке.

Шепчет сонно на подушке

В знак протеста молодежь:

«Не задушишь, не убьешь».

 

2006

 

 

 

***

Из-за границы прилетает птичий грипп.

Горит огнем как пунш голубоглазый.

По всей стране пройдутся метастазы

Как в темном небе журавлиный всхлип.

 

Махая крыльями, о чем-то бормоча,

Больные гуси канут в неизвестность -

Рука ветбрата, палача-врача

Обережет ли от стихийных бедствий.

 

Летая в небе, каркая навзрыд,

Садясь на ели и сбиваясь в стаи,

Больные птицы, не снеся обид,

Кружат над пропастью и молча умирают.

 

2006-02-01.

 

 

 

***

Завидую тому, кто целовал

Твои уста. Исполненный отваги

Я нарисую план захвата на бумаге

Нежнейших глаз, тончайших пальцев,

Вдруг, скомкав в смятении исписанный листок,

Пойму как горько, безнадежно одинок.

 

2006

 

 

 

***

Лежим над пропастью во ржи.

Жить не по лжи, а по солж’и’-

Ницинским заповедям. После

Армагеддонски оттанцованного бала

Нам фея добрая сказала:

«Иди и больше не греши».

 

2006

 

 

 

***

Мы дети рубежа веков,

И рубежа тысячелетий.

Мы стая диких мотыльков

И популярных междометий.

 

Пока летит за годом год,

И где-то пропадает время,

Мы ощущаем вдохновений

Всегда торжественный приход.

 

Ста ярких солнц ультрамарин,

Тишь вечереющих закатов,

И уплывающих куда-то

Сиянье айсбергских вершин.

 

2006-01-08

 

 

***

Самоанализ у виска

Вершу – но опадают руки.

В преддверии вселенской скуки

Вновь поднимается тоска.

 

Самоубийство - страшный грех.

Попытка – темное предгрешье.

Как смерти взгляд из порубежья,

Проклятья медленный разбег.

 

Зачем тоски смертельной глас

Мы слышим вновь из подземелья?

Какое именно веселье

Лукавый демон нам припас?

 

А вдруг, действительно, душа –

Есть слепок теплого, живого,

И так боится гробового

Непредрешенья у виска.

 

2006-01-09

 

 

 

 

***

На бумаге мы вновь нарисуем состав из цистерн, что, исполнены нефтью глубокой печали,

С перестуком державным железных о рельсы колес уплывут за скрипучий шлагбаум.

Нам останется Кремль, пустые склады, «трали-вали», Третьяковка, Хабаровск, Дворцовая, ТЮЗ и Финбанн.

 

Мы останемся босы, без нефти, без чертова газа,

Без мечты, без надежды, без Думы про смысл бытия.

И, исполнены горечью, будучи подняты сразу

На межзвездный корабль, промолвим: «Прости нас, Земля».

2006-01-24

 

***

Под тяжестью стихов поэта Мандельштама

Мы слышать Ночь заведомо вольны.

И ожидания ночного валуны

Переставлять едва окрепшими руками.

 

В пучину вод катящиеся годы

Остановить. Не думать наперед.

Не быть под спудом стихотворной моды,

Все делать сразу, но – наоборот.

 

На мне опять топорщится пиджак.

И поминутно прилетает Москвошвея.

Как добрая, исчезнувшая фея

С стигийской нежностью и пчелами в руках.

 

2006-01-09

 

 

 

 

 

 

 

Дорогой и любимой маме

посвящается.

 

Пора бы Марс освоить нам

На зависть инопланетянам.

Мы Интернет туда протянем

И поздравления богам

Пошлем (наверно в Юникоде[18]).

<privet> напишем в program-body[19],

А в теле message[20] – «салям».

 

Меркурию подарим тапки.

Венере – утренний цветок.

Земле – печеньку, шоколадку

И молока большой глоток.

Пусть Марс оденется в доспехи,

Юпитер штепсель пусть воткнет.

Сатурну кольца для потехи

Перевернем наоборот.

Урана передружим с Геей,

Нептуну – ласты, акваланг,

Плутону под землей, дурея,

Устроим финский Аквапарк.

 

Еще какую-то открыли

(Забыл названия ея)

Планету (из песка и пыли).

А может быть – из хрусталя.

А может – из воды и газа.

Мне не припомнить так вот – сразу,

Не знаю, в общем. Voila.[21]

 

2006

 

Новые стихи

Стихи в ведомственный журнал.

 

Гаврила был большой ученый.

Психоанализ изучал.

(Развивая «12 стульев»)

 

Немного Зигмунд я,

Но все-таки – не Фрейд.

Мне не хватает

Дерзости, размаха.

 

Боюсь, что где-нибудь

Шальная андромаха

Меня пристукнет

И зажарит на обед.

 

Друзья мои! Я страшно одинок!

Я в комплексах пытаюсь разобраться.

Психоанализом в себе гробокопаться

Повелевает беспощадный Рок.

 

Пусть трижды будет Карлом Густав Юнг!

А Эрих Фромм пусть поскользнется на банане.

А Хорни с Адлером пусть спрячутся в чулане

И испытают пребазальнейший испуг.

 

Пусть узел горечи, фрустраций и обид

Разрубит меч подавленных либид!

 

 

2006-01-08

 

 

 

 

 

 

 

 

Хомикадзе.

 

Хомяк, сорвавшийся с книжной полки,

В тарелку с йогуртом плюхается отчаянно.

В смятеньи выкарабкавшись, ползет по столу -

Йогуртовый шлейф за собой волочет.

 

Всё почему? Потому что Вася

Сидит в наушниках, глаза закрыл.

Слушает Prodigy, качается на стуле,

Рискует свалиться и расшибить

Стеклянную банку,

Где проживает

С полки упавший,

Растерянный и ползущий,

Бедный и очень несчастный,

Такой, которого жалко,

Хомяк.

2006-01-26

 

 

 

***

Стишок не волк, и в лес не убежит.

Уснешь ли, бодрствуешь,

Грустишь, бежишь бодаться –

Стишок придет, тихонько постучит

И на бамажку возжелает записаться.

 

Стихи приходят и уходят навсегда.

Мольбу о мире оставляя без ответа.

А в текстах прячется порой Белиберда,

В дурные тапки и колпак одета.

 

2006

 

 

 

 

***

Провожая меня в ПНИ[22],

Толпа бесновалась: «Распни!»

Я шел и думал: «Вот, пни!

Досадно, ведь, так, хоть пни!»

 

А в ПНЯХ на обед давали салат,

Кусочек дыни, чай, мармелад,

Гороховый суп, фасоль, бобы,

И плюс ко всему ощущенье борьбы

За место под солнцем, так как там

Восемь бобов сорока ртам.

 

2006

 

 

***

Девчонки очень любят космонавтов.

За час до старта забираются в корабль –

Там много кнопочек, штурвал и рычажки.

Взлетит ракета или нет – неважно.

Ведь надо все попробовать подергать,

Поздравить космонавтов перед стартом

И след помадный налепить на гермошлем.

 

весна 2006

 

 

 

***

Как торжество господствующей плоти

Я вижу Древний Рим.

В тени его садов

И тени нет покоя –

Кровавый заговор мерещится вокруг.

 

2006-04-21

 

 

***

Передача про зверей

Сообщила, что енот

Нахватавшийся идей

С транспарантом бодро прёт

Маршем противу Кремля

Из Хабаровска в Москву.

 

Где устроит он пикет –

Не известно никому.

И поэтому в Москве

Со щитами и дубьем

В супер-касках или без

Кое-где стоят менты.

 

2006-04-21

 

 

 

 

 

 

 

***

Andante, con accento pribaltico.

 

«Прочь сомненья и тоску», -

Бодро я сказал носку.

И дырявый мой носок

Покрутил себе висок:

 

«Ты со мной не говори –

На ногу меня надень.

Ну, а то, что я дыряв –

Думай сам, как нам тут быть.

Хочешь, штопай, хочешь – нет.

Пятку только не проткни».

 

2006-04-21

 

 

***

«Тыкдык-кирдык», - промолвил я несмело. –

Ты пронеслась на супер-модном шевроле.

Моя душа от горя опустела

Как летний парк в дождливом сентябре.

 

«Тыкдык-кирдык» - два слова поневоле

В моем уме застряли навсегда.

Твой образ узнаваемый до боли –

Мой тихий вздох на берегу пруда.

 

2006-04-21

 

 

 

***

Я выпил пива. Я опохмелился.

Услышал грохот трех бутылок под кроватью.

Качнулся мир. Зеленые собратья

Бесшумно в форточку влетели на ЛТ.[23]

 

Они сказали мне: «Кикири кики рики.

Амбундомпске перекуряту пергекрыш».

Их переводчик мне сказал, что нервным тиком

Ты никого уже сейчас не удивишь.

 

Они сказали мне: «Идем-ка полетаем.

На Марсе – пиво, на Плутоне – гастроном.

Они сказали мне, что их зовут: Виталий,

Апостол Павел, Аристотель и Платон.

 

Я им сказал, что это, дескать, странно.

Что я не ждал, что я не думал, что вот так…

Они сказали, чтоб не ждал небесной манны,

И чтоб не зырил на Платона как дурак.

 

Я еле встал, надел пиджак, штаны напялил,

Пошел умылся, причесался кое-как.

Вернулся в комнату – они, как и стояли,

Так и продолжили в безмолвии стоять.

 

Я влез в ЛТ, Платон подсел к штурвалу,

Виталий – штурман, Аристотель – медсестра,

Апостол Павел - что-то вроде капеллана.

Я сел в сторонке, и Платон нажал на «Старт».

 

 

Рванули мягко - лишь пространства звездный шелест.

Земля в иллюминаторе видна.

Я видел пляж, Майами - все разделись,

И бочку виски выпили до дна.

 

На Марс примчались - чуть не врезались в планету.

Что было дальше – не хотелось бы и знать.

Виталий вставил видеокассету

И начал все подробности снимать.

 

И этот фильм (вершина авангарда)

На каннский я отправлю фестиваль.

Пусть он взорвется там как мощная петарда

И разнесет в дребезги это пижонское сборище.

 

2006

 

 

***

Я написал стихи убийственным размером,

Редчайших рифм туда поднапустил.

Они понравились гвардейским офицерам –

Их душка-ротмистр изрядно похвалил.

 

Но гаснет свет – поручик Ржевский входит.

Все офицеры отвернулись кто куда.

Поручик повод незначительный находит,

И начинается опять белиберда.

 

Намеки, пошлости, кобылы, ипподромы,

Балы, кокетки, папильотки, веера.

Поручик чувствует себя как дома –

Э семпре бене, дорогие господа.

 

Восток алеет, просыпается держава –

Поручик бодр, как всегда неутомим.

Он что-то вспомнил из дурного мадригала,

Себя в поэта навсегда преобразил.

 

Поручик Ржевский, будемте корректны,

Вы - призрак времени, эпохи трубадур.

Вы в Петросяна превратились незаметно,

Явив тем самым препошлейший каламбур.

 

 

2006-03-12

 

Тук, Тук.

 

Блок, Блук, Булк, Болк, Блак, Балк.

Колк, Клок, Кулк, Клук, Калк, Клак.

Толк, Талк, Тлак, Тлок, Тулк, Тлук.

Тук, Тук, Тук, Тук, Тук, Тук, Тук.

 

2006-04-10

 

 

***

Мне не понять, как можно до отказа

Не испытать волшебного экстаза,

Который раз целуя твой живот.

 

И, повернув тебя наоборот,

Вдоль позвоночника спуститься языком,

И на пол грохнуться спиной, и кувырком

По лестнице скатиться с антресолей,

И вновь карабкаться как олух босиком

На антресоль, чтоб ты могла спросонья

Меня опять об этом попросить.

 

2006

 

 

 

 

***

Мы просыпаемся в объятьях крокодила.

Освободившись, чапаем на кухню.

Ты мне, а я – тебе не угодила.

Мы курим «Camel» и с тоской глядим в окно.

 

Молчанием наполнен этот мир.

Лишь легкий дым струится сигаретный.

А на диване – дрыхнет крокодил,

Скомкав белье внезапно, незаметно.

 

2006

 

 

 

***

О камни бьется пустота,

Темнеет сумрак,

Млеет горизонт.

Прибой неузнанной пока

Тревоги полн. И на века

Нас покидает солнце.

Полупрозрачная река

Ползет по дну. Вечерний мрак

Окутал море.

Не видно плеска волн.

Во тьме колышется вода, чернеет океан.

А ты стоишь на берегу смятенья бешенного полн,

И думаешь о том, чтоб не ворваться в море,

Не сгинуть в нем.

 

2006

 

 

***

Тот чудный стан и дивный профиль

Я лицезрел. И Мефистофель

Взахлеб на ухо мне шептал:

«Будь ласков с нею. Очень мал

Бывает путь к сердцам прекрасных дев.

Ты победишь, клянусь, и, охладев,

Продолжишь жизнь свою свободен и умен».

«Соблазн велик, - подумал я, - резон

Предельно ясен. Новый поворот,

Наверное, судьба преподнесет…»

Но беззащитный взгляд ее прекрасных глаз

В последний миг меня от смерти спас.

 

весна 2006

 

 

***

Мне повезло. Мне утр ранних солнце

Сияло радостно, протягивало руки.

На Невском отблески, толпа людей, докука,

С похмелья бродит одинокий бутерброд.

 

Санкт-Петербург, умытый ранним утром!

Как много прелести живет в его решетках,

Как много тайны скрыто во дворах!

 

Коль есть сноровка, то на комарах

Здесь можно покататься (Вы не против?)

Настанет лето – налови и запрягай.

 

2006

 

 

 

Всем кошкам мира посвящается

 

Котяра, котя, кошечка,

Кошандра, киса, кисонька,

Кошанчик, кысь, котеночек,

Кошандрик, кошкин, кот.

 

Кошаночка, кисуленька,

Котеныш, киска, кысонька,

Котёна, котик, котичек,

Котёнушка, кошкан,

 

Мяукай – обмяукайся,

Мурлыкай, сколько нравится,

И добрым людям на руки

Запрыгнуть не забудь.

 

2006

 

 

 

***

Клянусь, Анастасия, я был трезв.

Я просто перепутал поезда.

А этот поезд вдруг пошел в объезд,

И зацепился колесом за провода.

 

 

Я ждал тебя, лелеял быть вдвоем.

Я даже адрес не забыл переписать.

Ты, ангел, счастье, девочко моё.

 

… Я Кабалье пытаюсь перемонсеррать,

Играя серенады под окном.

Пусть даже и завешенным плющом.

Пусть даже на дворе уже темно,

И кое-кто не хочет выходить,

Не может даже подойти к окну,

Но знает точно, лежа на софе,

Что это я играю и пою.

 

 

2006

 

Новые стихи

 

 

Музыка Ахматовой. Слова народные.

Я путешествовал на юг

Таким глубоководным морем,

И, оглушителен до боли,

Мной голос был услышан вдруг.

 

Он мне сказал, чтоб, сделав круг,

Я возвращался поскорее –

По мне тоскует Саломея

И сто пленительных подруг.

 

2006

 

 

***

О, Билли Айдол, тэйк ми тю дэ Фриско.

Анд лив элон тю спенд май литл тайм.

Ай кип ин маф май рашн биг ириско,

Ай хоуп май соул хия неве-неве дайс.

 

Биг лайтс, биг сити, лайф визаут рефлекшн.

Ай лайк тю джойн, тю гет ит ин май майнд,

Итс симс лайк муви: лов-энд, хэппи-экшн,

Анд невеэндинг суперспидест мото-райд.

 

 

O, Billy Idol, take me to the Frisco.

And leave alone to spend my little time.

I keep in mouth my russian big irisco[24],

I hope my soul here never-never dies.

 

Big lights, big city, life without reflection.

I like to join, to get it in my mind.

It’s seems like movie: love-end, happy-action,

And never-ending super-speeded moto-ride.

 

 

О, Билли Айдл, забери меня во Фриско.

И там оставь, и дай возможность побродить.

Я сохранил во рту российскую ириску,

И Сан-Франциско – ни за что не позабыть.

 

Огни большого города, тусовки.

Я рад участвовать, глотать весь этот кайф.

Все как в кино: любовь, стрельба, Петровка,

И бесконечно-скоростная магистраль.

 

2006

 

 

 

 

 

 

 

 

***

Замочим кой-кого в сортире!

Последний раз передо мной

Его мишень в домашнем тире

Кремлевской блещет красотой.

 

Тир не в сортире, тир в квартире –

Я вновь прицелился в экран.

Нажму курок, и враз в телеэфире

Распутинский исчезнет балаган.

 

2006

 

 

 

***

Стихи рождаются и медленно плывут.

Река любви их направляет во Свояси.

Свояси для стихов – конечный пункт.

А перевозчик не Харон, а дядя Вася.

Пусть дядя Вася иногда нетрезв,

Как всякий он зато теперь поэт.

 

2006-04-26

 

 

 

***

Перезвон бубенцов за моим окном

Таинствен и сумасшедш.

 

Крошу во двор-колодец батон –

Счастлив голубь, крошки нашедш.

 

В колодец наш иногда ведро

Опускается с неба, тихо висит.

 

Двора немного черпнув нутро,

Поднимается вверх, вверх, ввысь.

 

 

2006-04-03

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Прапорщик Потупай при вручении высшей правительственной награды.

 

 

Тупея поправил тупею.

Тупею, тупея. Тупея

Гораздо тупее меня.

Тупею тупее, тупею тупея,

Тупею тупея тупеть.

Тупя отупляя, тупя притупляя,

Туплю отупя поправля…

Тупейно-тупая, тупя Потупая,

Тупейная тупит тупля.

 

Тупея, тупя, перетупя!

Притупя, утупя, тупя!

 

 

2006-04-03

 

 

 

***

Если всем на все плевать,

К власти вдруг приходит чмо.

И в один прекрасный день

Всех сажает он тюрьма.

Кушай хлеба, пей вода –

Не вернешься никогда.

 

2006-04-28

 

 

 

***

Я устаю подчас от собственных стихов.

А все ж пишу, марая тьму бумаги.

Мне снятся лошади, кресты, ареопаги,

Консилиум с бородкой докторов.

 

Я скальпелем играю в чертов дартс

И стетоскопом подбиваю самолётик.

Мне снится развеселый бегемотик

И в красной паре обалдевший мистер Бабс.

 

2006

 

 

***

Пустоцветущо как-то на душе.

Стихи летят, но надо ли стараться

Не делать вид, что понял-де уже

Значенье слов, готовых разбежаться

В задумчивости стоя на меже.

 

2006-04-26

 

 

 

***

- Была бы ночь нежна,

А так… Да что Вы, в самом деле

Расселись как индюк…

 

- Смотрю футбол, а Вы мне надоели.

Настанет ночь – получим все сполна.

 

- Я щас хочу…

Ведь за окном весна…

Смотри, грачи

Уже летят из дальних стран.

 

- Настанет ночь – настанет ураган.

А щас, пока не отключили телевизор…

 

- Со мной болтал вчера молоденький провизор…

И от волненья разболелась голова.

 

- …. Тот самый, о котором ты уже

Все уши прожужжала?

 

- Да, тот самый.

 

- Болеет за «Зенит»?

 

- Здоров как бык в преддверьи урагана.

 

- Вот это да… классический мужик.

 

- Не то, что кое-кто.

 

- Смотри, забили гол.

 

- Ах, если б гол был кое-кто сейчас.

 

- Газаев?

 

- Нет, тот самый о котором…

 

- Ты уши прожужжала мне сполна.

 

- Смотри, опять на улице весна.

 

- Так, дня ведь не прошло.

 

- Прикинусь богомолом и поскачу на луг…

 

- Убийственным глаголом

Хочу прожечь сердца

Прекрасных дам!

 

- Как Пушкин ты сейчас заговорил!

 

- Так, предадимся ж страсти!

 

- Газаев в помощь!

 

- Милый мой дружок!

Не надо притворяться богомолом.

Иди ко мне, и вместе на лужок

Мы мысленно отправимся.

 

- Сперва,

Отправимся давай

В футбольно поле,

Попросим, чтоб судья

Закончил этот матч -

Ты ж будешь думать только о футболе,

Все делать медленно,

Тогда, как надо – вскачь.

 

- О боже ж мой…

К чему теперь страданья,

К чему голы,

Когда уже голы

На брачном ложе…

Развалилось два бревна.

 

- Мы не бревны, бревны – не мы!

Так предадимся ж страсти!!!

 

- Да, пожалуй.

 

- Так?

 

- Нет, нет, вот так.

 

- Смените диспозицию, адъюнкт.

 

- Я без приказа не имею права.

 

- Приказываю Вам!

 

- Так точно, мой король!

 

- Хо-хо, вы увлекаетесь атакой!

 

- Нет бастионов неприступней Ваших.

 

- Оргазм ж сегодня дайте мне сполна!

 

- Яволь, герр официр.

 

- …Цумбайшпиль папиросен!!!...

 

- Я, я, майн фройнд!

 

- …Шпацирен айн цюрук!!!...

 

- Их либе дих, унд айне кляйн матросен!

 

- Ого!!! Вот это да!!!

 

И, сделав круг, мои любовники, откинувшись на спины, уставились блаженно в потолок.

 

2006-04-21

 

 

 

 

 

***

Я вдруг узнал, что слово «экзегеза»

Неотразимо действует на женщин.

С каким восторгом смотрят на меня,

Когда в беседе, глядя в потолок,

Я неожиданно его произношу!

 

 

Оно имеет оглушительный успех.

Гораздо больший, чем слова

«Ментальность», «парапсихолог», «псевдоэманент»,

«Фрустрация типичного либидо»,

И «квазичувственность земного бытия».

 

2006-04-25

 

 

 

 

***

Тортик я тебе принес.

Если хочешь – насладись.

А не хочешь – просто пхни

Прямо в рожу мне его.

Чтоб его куски потом

С рожи падали на пол.

 

Чтоб в неловкой тишине

Раздавались звуки «тум»

При падении куска

Торта с рожи прямо вниз.

 

2006-04-26

 

 

***

Я пришел к тебе сегодня,

Чтоб с тобой совокупиться.

Ранним утром на рассвете

Или в сумеречный час.

 

Но скажи сперва-сначала,

Жаждешь ли меня как прежде,

Как когда-то Вольфганг Гете

Юнге-фройляйн возжелал.

 

Если нет – тогда не надо.

Одолжений ненавижу.

Просто можем ведь с тобою

Посидеть, поговорить.

 

2006-04-26

 

 

***

Убобобобеля бебеля бебеляба

Убебелебия бебеля бебеля.

Бебелелебия бебелия беляба.

Беллебебелия белябия, беля.

 

Бебеля Бебеля

Бебелья Бебелея.

Белеллелябия

Беляба, бебеля.

Бебелябеля беляба

Беляба.

Бебебебебебе бебебе

Бебебебя.

 

2006-04-26

 

 

 

***

Молчанье мира непреодолимо.

Печалью скованы разумные уста.

Мы с посохом бредем как пилигримы,

В уме считая от ноля до ста.

 

И, посохом префекту по балде

Давая, думаем: «Приехали! Беде

Не миновать: префект придет в себя

И рассердится не на шутку. Вуаля».

 

2006-04-27

 

 

 

 

***

Каблучный стук на станции метро.

Случайный профиль, девственность улыбки.

Снегурочка на старенькой открытке,

Иль комсомолка, продававшая ситро.

 

Советский Ленинград – уплывшая эпоха.

Цветенье тополя, июль, комок тоски.

Немое счастье, спящее до срока,

И тишина гранитовой реки.

 

2006-04-27

 

 

Бихевия.

 

Бихевия – то значит «поведенье».

А день рожденья – «бездэй», стало быть.

А кошка - «кят», собака – «дог», -

Варенье на день рожденья надо не забыть.

 

У всех по-своему Бихевия идет:

Кто лает, кто кусает, кто – муму.

А на бездэе – все наоборот:

Собака – хрю, а бегемот – жужу.

 

 

2006-04-26

 

 

***

Любвеобильный лось

Набрел на барсука

И стал его лизать.

Барсук опешил и не знал

Что делать, и что сказать.

Облизанный сполна,

Барсук раскинул лапки

И медленно уснул.

Лось прослезился

И в бессилье рухнул оземь.

 

2006-05-03

 

 

 

 

 

 

***

Не пей 100 грамм за дам, и никогда

Не поджигай им зажигалкой сигарету.

Они такие же как мы, и кое-что

Уже давно могли бы делать сами!

 

Не подавай им никогда пальто.

Цветы пусть остаются на прилавках.

Кто это все придумал? Да никто!

Само собою как-то все, и томагавком

Пусть не грозит Коко Шанель из-за угла.

Ты не поджег им сигарету? Не беда!

 

2006-04-26

 

 

 

 

В Мариининском театре.

 

Лорнируй меня, лорнируй,

Девчонка, сидящая рядом!

Щелкунчик пусть колет орехи,

А Лебедь плывет в па-де-де.

 

Лорнируй меня, лорнируй!

Жизель пусть бросится в яму,

И звуки контр-контрабаса

Сольются со звоном литавр.

 

Станцуем лезгинку в антракте

В фойе или прямо в буфете

На зависть балетной труппе

Оркестра под грохот и вой.

 

Как много в балетном театре

Щемящей тоски, искусства,

Огромной любви, стремленья

Исполнить и умереть.

 

2006-04-29

 

 

 

 

Сестрорецк.

 

Прибита к берегу какая-то фигня.

Из Хельсинки, видать, она приплыта.

Не то сундук, не то башмак, не то корыто –

Пока еще не ясно для меня.

 

Издалека никак не распознать.

Я щурю глаз, я достаю бинокль.

Корова заблудилась волоока,

Бежит по берегу – ее уж не догнать.

 

Я первый раз на берегу залива.

Здесь чудно все: песок, следы скота.

Корова где-то бродит сиротливо,

Фигня какая-то волнами прибита.

 

2006

 

 

 

***

О, девушка, оставь меня в покое!

К чему пронзительность и блеск очей?

Одной тобою околдован поневоле.

Я сам не свой, не твой, вообще ничей!

 

Кому я именно теперь себя открою,

Пока не знаю сам. Тебя ж молю:

Я не сказал тебе, что я тебя люблю,

Поэтому не буду жить с тобою.

 

2006

 

 

 

Письмо в администрацию губернатора Санкт-Петербурга.

 

Честолюбивый план

Созрел в моей башке:

Убрать мосты через Неву,

Чтоб петербуржцы

На чем попало плавали домой

С работы.

И наоборот –

Из дома на работу.

Вот.

 

И, сам с собою поболтав о Ювенале,

В конце письма поставлю «Вале» -

Пусть Матвиенко разревется от тоски.

 

2006-05-10

 

 

***

Я гинеколог, я исследователь плоти.

Я ежедневно погружаюсь в глубину.

И даже на концерте Паваротти

Я о работе размышлять не устаю.

 

Безумных тайн таящие пещеры.

Со сталактитов капает вода.

У спелеологов исчезнет чувство меры,

А Паваротти покраснеет от стыда.

 

2006-04-04

 

 

***

Зачем безропотно евреи

Шли на концлагерную смерть?

О чем они тогда жалели

И что надеялись жалеть?

 

Когда уже и так все ясно –

Скрежещет смерти колесо –

Не плюнуть ли в свинюшно-красно

Нациста жирного лицо.

 

2006

 

 

 

***

Мы затерялись в дебрях декаданса –

В неоновых лучах ночной зари.

Мерцающее солнце – посмотри –

Как образ умирающего танца.

 

Мы еле живы. Если посмотреть

Сквозь призму вечно-твердого кристалла,

Мы вдруг увидим собственную смерть,

И жизни будущей тревожное начало.

 

2006

 

 

 

Terror sexiques.[25]

 

Поцеловав тебя в плечо,

Я понял: очень горячо.

 

И взял бутылку молока,

Чтоб остудить тебя слегка.

 

Ты в молоке как пирожок.

Теперь я съем тебя, дружок.

 

2006

 

 

 

 

Владимиру Путину.

 

Володя Путин, молодость промчалась.

По Баскову иной раз прохожу.

Тебе тогда, наверно, не мечталось

О президентстве, ВВПутстве и Шойгу.

 

Марионеток правильны поклоны.

Хозяева, пока не рвется нить,

Готовы дергать президентов по шаблону.

Страну до ручки, ухмыляясь, доводить.

 

Володя Путин, дерни за веревку.

Пусть крестик выпадет из рук кого-то там.

И убеги скорей на тренировку,

И в кимонохе возвращайся к нам.

 

2006

 

 

 

***

Мне б не хотелось бомбардировать звонками

Твой маленький мобильный телефон.

Моей души невыразимый стон

Пусть долетит к тебе обычными путями.

 

Ты ощутишь его в полночной тишине,

Лишь прерываемой лепечущей листвою.

Любовь моя, я рад бы быть с тобою.

Ты вспоминай порою обо мне.

 

2006

 

 

***

Я вновь влюблен в тебя,

И если бы ты знала,

С каким волнением я это говорю,

С каким волнением

Я вновь тебя люблю.

 

2006

 

 

 

***

Мне головная боль сказала, что никак

Не вынуть игл из страждущего мира.

Что темная, тяжелая порфира

Напоминает полуночный мрак.

 

Что ложен путь и бесконечен звон.

Что лязг оков и грохот водопада

Сливаются в один и тот же сон –

Сиянье Рая и мерцанье Ада.

 

Весна 2006

 

 

 

 

Другу и поэту

Юрию Алексеевичу Королеву

посвящается.

 

Ты как всегда в своем репертуаре,

И как Гагарин рвешься в небеса.

Что вы там вытворяли с Музой в будуаре? –

Я необычные услышал голоса.

 

Твой рваный стих есть порван не напрасно.

Ты Белым А. гребешь против теченья.

В награду пусть дадут тебе печенья,

Ведь рван-поэзия по своему прекрасна.

 

Ракету сбацал ты и сам на ней летишь.

И космос сволочной тебе побарабану.

Пусть не вернешься ты к зачету – замдекану

Алгебраически приснится π*К*мышь.

 

2006

 

 

 

 

Иосифу Бродскому.

 

Иосиф Александрович, привет!

Нам прогуляться бы до Крюкова канала.

Не торопясь, вдоль Грибоедова сначала,

Минуя театр «Опера-Балет».

 

Пусть будет лето, ветрено, июль.

Прохладой насладится пусть листва.

Пусть молодежь нам прокричит «Ура!»

А рыбка в речке сделает «буль-буль».

 

До Крюкова дойдя без суеты,

Мы спляшем хоровод вокруг кота.

Нам улыбнуться вдруг каналы и мосты

И петербургская пригрезится мечта.

 

Весна 2006

 

 

 

 

***

Готическая ночь - Европы сон мятежный.

Химеры стерегут изысканный покой.

И голос Жанны слышится безбрежный,

Зовущий рыцарей в последний бой.

 

Аттилы тень нависла над Европой.

Глазами полоумными горя,

В лицо ей дышит прогоревшей рвотой

России оккупантская свинья.

 

2006

 

 

 

***

Разгадывая абракадабру своего творчества,

Хочется сказать творчеству: «Ваше Величество!

Не будьте абракадабрны, будьте читаемы.

Больше беспечности и веселия!»

Творчество, на каблуках повернувшись медленно,

Царственно улыбнется, поправит букли.

Дотронется до треуголки и скажет с достоинством:

«Милый Олег, не следует нервничать,

Мы – на правильном направлении!»

 

Лето 2006

 

 

 

 

***

Мне вдруг приснилось, будто я танцую на первый взгляд изысканное танго. И что партнерша будто бы заснула и движется, видать, сама собой.

Мы бесконечно движемся по кругу – на танцплощадке нету никого. Печальное, изысканное танго. Я вижу сон с открытыми глазами, а девушка не видит ничего.

Сама собою движется танцуя. Печальное изысканное танго. И контрабас с отсутствующим взглядом, и саксофон в мечтах о чаевых.

Я просыпаюсь, ощущая рядом изысканно сопящую подругу. Она все там же - все еще со мною без перерыва продолжает танцевать.

 

2006

 

 

***

СОВКА разбитого осколки…

«Не долго нежил нас обман».

Неистребимость «Комсомолки» -

Пролибераленный дурман.

 

«Что делать мне с моей свободой?» -

Совок не знает до сих пор,

Из дома выйдя в непогоду

На прогулагленный простор.

 

2006

 

 

***

Как тяжко жить в воссозданном СОВКЕ,

Себя пылинкой подметенной ощущая.

И всяких швабр щетин не замечая,

И кэгэбальников «не видя» мордо-харь.

 

Мне ненавистна эсэсерья хмарь;

Мной нелюбима эрпэцерковь, государь;

Вот только жаль того попа Гапона,

Что был использован, как будто инвентарь.

 

2006-07-08

 

 

 

***

О, Господи, какие перспективы,

Какие интерьеры в Петербурге!

Как неоконченная пьеса драматурга,

Который позабыл, о чем хотел сказать.

 

Я надеваю иногда колпак.

Неузнанный бреду по Моховой.

Здесь где-то должен быть ареопаг –

Вот тут вот, между Невским и Сенной.

 

И - непонятно - может быть из глубины

Бывает слышен долгожданный вой –

То призрак Петербурга на Сенной

Приходит за тобой и мной.

 

2006

 

 

***

Отвергнут девчонками всеми,

Лежу как упырь на диване.

Душевная боль в стакане

Вздымает чаинок рой.

 

Вой, моя сизая глотка!

Глотай дыма едкого клубы!

Клубись мыслевихрь сознанья!

Узнанья, незнанья, знанья!

 

Знаньё не осознано мною.

Не знаю и знать где зарыто.

Безадресно и глуповато

Полдня на диване лежу.

 

Маша + Даша, Аглая.

Лисандра, Джоржетта, Наташа

В городе где-то гуляют,

И их телефон молчит.

 

Лежу как упырь на диване,

Считая до 215,

Ибо 215 –

Мое роковое число.

2006

 

 

***

Прославлю Родину свою -

Свободу, Равенство и Братство.

Разумной воли государство

Внутри себя я воспою.

 

Я сам себе хозяин впредь.

Меня попробуй, оккупируй.

Все счастье и богатство мира

Смогу теперь я возыметь.

 

И если встречу вдруг кого,

Стоящего меня напротив

Я буду дружески не против

Обнять как брата своего.

 

2006

 

Новые стихи

 

 

***

Засуньте облако в штаны –

Пусть дождь прольется из карманов.

Таблетку проглотя «Kitanoff»,

Мы боль не чувствовать вольны.

 

Пусть чайки вылетают из,

И дирижабль в штанине бьется,

Как трудно жизнь, порой, дается,

Как скользк бывает твой карниз.

 

Из окон выглянув в окно

(Колодец – четвероуголен),

Ты вдруг поймешь, что всем доволен,

И счастлив, в общем-то, давно.

 

2006-07-08

 

 

***

Весь мир – большая карусель,

Где на коняшках скачут люди.

Им весело, и счастья хмель –

Как скользкий лещ на мокром блюде.

 

Круженья не остановить –

Коняшка скачет за коняшкой.

И коль не выйдет Бумбарашкой, –

Так хоть Чапаевым прослыть.

2006

 

 

***

Мне нечего делать –

Печальна поэта судьба.

Я жду вдохновенья,

Как из лесу серого волка.

 

Я был одурманен,

Слоняясь по жизни без толку,

И прям, непреклонен,

Как темного леса стволы.

 

Соснового леса несносны скрипящие сны.

Охвоены хвоей и шепотом мягким сосновым.

Дремучего мира упрятана где-то основа

Давно, навсегда и уже невозможно найти.

 

Молчание леса и сосен дремучий обряд.

Пришепот и наскрип, потреск и стенанье лесное.

Со сна ли отыщется мира лесная основа,

И старой гармонии вновь заскрипит звукоряд.

 

2006

 

 

 

***

Мы щегловитостью щегла

Наверно будем клясться вскоре.

Синицей, что, поджегши море,

В кармане спички сберегла.

 

И пусть пингвины принесут

Нам небольшую рыбку в клюве.

И цапли в бешеном аллюре

Поцеловаться прибегут.

 

Громоподобный кашалот

Пусть бороздит простор морей.

И птицелапчатый удод

Вспорхнет во двор из-за дверей.

 

На сушу выйдет рыба-меч,

А рыба-штык пойдет ко дну,

А рыба-шлем напишет речь

И обратиться к кенгуру.

 

Перегорит пускай простор,

И навзничь упадет закат.

Тетерева Скалистых гор

Перелетят на Арарат.

 

 

Пусть змеи выползут из нор,

Танцуя медленно фокстрот,

А крыса выглянет во двор

Наоборот.

 

2006-07-28

 

 

 

 

***

Падают снежинки

Сверху вниз.

Наползает наледь

На карниз.

Наступает полночь

На меня.

Я кричу: «На помощь!»

И огня

Мне приносит няня.

Свет свечи

Показался странным

Мне в ночи.

И не няня это,

А упырь.

Крюгер в маске Zorro.

Нашатырь

Мне подносят к носу –

Просыпаюсь я.

Крюгер мне: «Оболтус,

Не узнал меня?

Что, совсем не помнишь?

Я твоя няня»!

«Не няня, а няня», -

Я ему в ответ.

Крюгер: «Ладно, ладно».

Наступил рассвет.

Крюгер испарился,

Выпрыгнув в окно.

Это друг мой Петька.

Такое вот он чмо.

 

2006-08-21

 

 

 

 

 

 

***

Переливая мед с бутыли на бутыль,

Мы слышим запах свежескошенного сена.

Где кобылица вдохновенно мнет ковыль,

И в снах является безумцу Мельпомена.

 

Очарованием наполнен звукоряд.

Скрипит сосна, качаясь на ветру.

И сквозь деревья проступил закат,

Озолотив кору.

 

2006-07-28

 

 

 

 

 

***

Я так хочу тебя «ы-ы»;

Давай пойдем ко мне домой.

И безо всякой суеты

На пол повалимся гурьбой.

 

Ты будешь рваться и визжать,

А я – тихонечко пыхтеть.

И кошка будет прибежать,

На это чтобы посмотреть.

 

И в форточку запрыгнет кот.

И, взяв с обоих с нас пример,

Он нашу кису уведет

В подвал отеля «Англетер».

 

И мы останемся одни –

Сиротки полные во тьме.

И лишь вечерние огни

Мелькнут в окне.

 

2006-07-28

 

 

 

***

Я не читаю Мандельштама, ибо

Боюсь, что сердце задохнется от восторга.

Его поэзия как мята, медуница

Дурманит голову и сердце рвет сполна.

 

Божественно течение верлибра.

Высокий слог нам открывает Вечность.

Твой запах терпк, дыхание тревожно.

Упругий бюст предполагает млечность.

И мягкий пот со лба стекает осторожно.

 

Лето 2006

 

 

Басня.

Коровий бог сказал: «Тут очень сыро.

Надень, корова, перевязь».

На дерево корова забралась…

Но тут – оса без жала

На лапках осторожно прибежала

И, хитрая, тихонько так сказала:

«Спой, светик, не стыдись.

Ведь, ежели не спится,

То и не спиться, и не простудиться.

Карьеру сделаешь ты в «Театр д`Опера».

Тебе ни пуха я сулю и ни пера».

 

Корова каркнула во все коровье горло.

Оса, разинув рот,

Попятилася задом наперед.

Не может быть, чтоб каркали коровы.

 

Мораль сей басни такова.

Не может быть: двуглавого орла,

Двойного ВВП, тройного Вовы,

Распятого на трех ветвях властей,

Ни шуток несмешных, ни старых новостей.

 

2006-08-09

 

 

 

***

Лохматое фуфло бредет по коридору,

Насвистывая что-то из «Аиды».

Споткнись об таз, лохматое фуфло!

Пусть грохот перебудит всех соседей!

Восстав, пускай намнут тебе бока.

 

Пускай твоя лохматая башка

Подумает один хотя бы раз

Как, проходя в ночи по коридору,

Не опрокинуть этот чертов таз.

 

Сонм искр из глаз!

Фейерверк под потолком!

Прозрело ли, лохматое фуфло?

Ужели станешь с тазом осторожно?

А то – мы спим, и (это невозможно!) –

Гремят тазы во царствии ночном.

 

2006-08-10

 

 

 

 

 

***

Я подарил тебе цветок

С оранжевыми лепестками.

Ты теребила ноготками

Свой элегантный поясок.

 

Мы будем вместе навсегда

Лесную чувствовать прохладу.

Попробованного мармелада

Не позабудем никогда.

 

Ты пахнешь девственной росой

И свежестью всех утр мира.

Твой стан – дыхание эфира,

А руки – жар и летний зной.

 

С плеча сползают капли пота,

Сладчайшие – пчелиный мед.

Глаза глядят наоборот

В предчувствии переворота.

 

2006

 

 

 

 

 

***

На фразу «вырезая из картона»

Рифмуется «Сикстинская мадонна».

 

2006-08-10

 

 

***

Ты накачанный качок.

Я – сверчёночный сверчок.

Ты гундос,

А я сверчкос

«В белом венчике из роз».

 

2006

 

 

 

 

 

 

 

 

***

Един в трех лицах ты:

И суд, и исполнитель,

И сам себе закона учредитель.

 

Людей простых заядлый охмуритель.

Путивль, путаник, путеец, пуптенец.

 

Запутанных путей путёвая путана –

На Же восьмой намазана сметана,

Смотри не сядь куда-нибудь –

Не будем вытирать!

 

2006-08-10

 

 

 

***

Тефаль, ты думаешь о нас!

Мне сковородкой по лбу дали,

Когда я в сумеречный час

Бродил с бутылкой «Цинандали».

 

Бутылку у меня забрали,

И очень вежливо сказали:

«Ступай, дружище, в этот раз

Нам не судьба с тобой общаться.

Нам очень жаль, и расставаться,

Поверь, невмоготу для нас»!

 

2006-08-21

 

 

***

Кит спит на дне, облеплен рыбами. Тишина океана. Вокруг никого. Вода обтекает все. Колышутся водоросли. Подводная лодка бороздит толщ. Главком выглядывает в иллюминатор. Спящий кит – чудо природы. Водный мир. Кораллы. Всплывать не хочется.

Кит спит на дне, облеплен рыбами, как будто корабль.

 

2006

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

***

Я хочу, чтоб к быку приравняли Пьеро!

Бородатое чмо – Карабас-Барабас

Чтоб боялся его. Чтоб боялся его

Обалдуй Дуремар, чтоб боялась его

И Алиса-лиса, и котяра слепой.

Чтобы школьник простой знал,

Что если его приравняют к быку,

То директор и завуч, небритый физрук

И звонки подающая баба Шура

Никогда-никогда, никогда-никогда

Не закрутят за ухо его.

 

Чтоб училка дурная,

Бодаема в зад,

Налетала на шкаф,

Где мензурки стоят.

И околбленный звон

Чтоб раздался вовне.

Чтобы бешеный бык

Просыпался в тебе.

 

Оглянись, гражданин -

Сколько скотства вокруг.

Сколько гаснущих глаз

И опущенных рук.

Стань Гераклом, чувак

И ломись напролом!

Пусть бунтарский огонь

Вспыхнет в сердце твоем.

 

2006-08-21

 

 

Прасковье Гридиной

 

Ragazza, давайте пойдем a casa!

Мне надоели uomi tutti.

Для них amore как море ртути,

В душе – подагра, е piu зараза.

 

Ты вновь со мною на piazza Verdi.

Ногой касаюсь, но вряд ли тверди.

Ты ангел mio e bella donna.

Почти что Лиза (не смейся!) Мона.

 

Я не уверен, что будет легче.

Мой ум на разум уже наверчен.

Твоя улыбка как вздох заката,

Что нежно обнял тебя когда-то.

 

2006-08-23

 

 

***

Она спилась. И стала полурвань.

Как полуврань кружится над Невою.

Стеклянный глаз с любовию немою

Сверлит меня, блокируя гортань.

 

Испитый вздох

С прохрипами глухими,

Нечесанность волос,

Изгрыз ногтей.

 

Посмешище над чувствами былыми,

Боязнь припадков как непрошенных гостей.

 

Ты стала рухлядь,

Но все так же безучастно

Даешь себя ты мне тебя ласкать.

 

Такой же вздох унылый и бесстрастный,

Такой же скрип, такая же кровать.

 

2006

 

 

***

Когда бумажки реют на ветру,

И медленно, неслышно кенгуру

Прыг-прыг по направлению к тебе,

Когда барашек со овцой бе-бе,

И и-го-го лошадка с левой стороны,

 

То знай – сельскохозяйственные сны

К тебе пришли, пока ты спал в стогу.

Очнись, смотри как клёво на лугу!

Как клёвер, то есть клевер весь в цвету.

Как выдохнуть-вдохнуть невмоготу.

Как не объять и не уплакать красоту!

 

2006-09-09

 

 

 

***

Превозмоги полночную метель!

Приди ко мне. Останься до утра.

Мне не хватает твоего нутра.

Спиной намни мне лепестковую постель.

 

Пусть аромат твоих сладчайших губ

В десятый раз сведет меня с ума.

Твой нежный взгляд как медленный туман

Заполнит медленно сознание мое.

 

Сожми мне голову, возьми меня к себе,

Дай ощутить мне холод белых плеч.

Дай подарить святое забытье,

От немоты тебя предостеречь.

 

Прижавши к сердцу, трогая копну

Пьяняще пахнущих магических волос,

Я жизнь свою отправлю под откос,

В тар-та-ра-ры, к чертям реки ко дну.

 

 

Как будто вечность длится поцелуй,

Рука скользит по бархатной спине.

Ты возлежишь в полночной тишине,

Как будто сотня ящериц, на мне.

 

Готовых разбежаться, если что.

Я в упоении. Лежу не шелохнусь.

Лишь летний зной, дрожа, через окно.

Лишь сотня лун как тысяча свечей.

Лишь светлый блеск полуночных очей,

Дыханье ящериц и маленьких теней

Полночный шепот.

 

Маленькие тени – от сотни ящериц,

Которые лежат

Не шелохнувшись и о чем-то шепчут.

 

2006

 

 

 

 

***

Медведь сказал споткнувшемуся зайцу:

«Косой дурак, убей себя об стену!

Тебя настигнет трагипафос Мельпомены

И Пенелопы груз из города Бангкока».

 

И щекоченная из дальнего далека

Памеллы Андерсен ушами зайца попа

Пришлет из Бельгии «бон-шанс» и «бон-вояж».

 

Тюки руками, в зубы – саквояж!

По трапу парохода подымайся!

В кают-кампании вольготно полагайся,

Сквозь океан трагически плыви!

 

Ворвавшись в кубрик, коку дай по лбу

Той поварешкой, что обмокнута борщом,

А если кок потребует еще,

То обернись, и коку дай по лбу.

 

Вернись на палубу, как Бродский блюй за борт,

Сочти дельфинов, как и прочих, впрочем, рыб.

Пусть айс-не-айс-бергских громада белых глыб,

Минуя твой корабль, проплывет.

 

И, сделав руки-в-боки, прошагай

С хозяйским видом вдоль кильватерной струи,

Пускай по жизни ты немного шалопай,

Зато есть море, свежий ветер, корабли.

 

2006-12-05

 

Валере Айрапетяну.

 

Айрапетян Валера. Армянин.

Познавший Петербурга неизбежность,

Невы невыносимую безбрежность,

Державный ход ее безудержных стремнин.

 

Он философствует - читай: поет псалмы.

Он Кампанеллу выручал из ямы,

И дочери волшебную пижаму

Соткал из сказок и глубокой старины.

 

Айрапетян Валера, недра Петербурга

Пусть будут благосклонны все-таки к тебе,

А то, блин, жизнь твоя как пьеса драматурга,

Который, блин, немного не в себе.

 

2006-12-2

 

 

***

Кружение снежинок как круженье вальса

Остановить, порою, невозможно.

Они ложатся на дорогу осторожно

И белым снегом там тихонечко лежат.

 

Мильоны маленьких, пушистеньких снежат –

В них лучики Луны тихонечко дрожат.

2006

 

 

Надежде Айрапетян.

 

Мистическая девушка Надин!

Ты будто вышедший из лампы Алладин.

Ты смотришь пристально, подчас даешь вопросы,

Не пьешь вина, не куришь папиросы.

Мой мозг накручивает бешенные кроссы,

Чтоб предоставить тебе правильный ответ.

 

Надежду дарит на заре паромщик людям,

Валера нам принес тебя на блюде –

От снежных гор Армении печальной -

Священный арараторский цветок.

 

Ты восседаешь триумфально на диване.

Мое вино уже не плещется в стакане.

Оно как солнышка восход в Ленинакане

Дрожит и плавится на фоне гор.

 

2006

 

 

 

Валере Степанову (Риу дель Магре)

 

Археоптерикс. Магра.

Валера. Библиотека.

Чарующие ассонансы.

Крестовские острова.

 

Тонкость, изящность, лоскость.

Гибкость-упругость жеста.

Скрытая мейерхольдость

И в шапочке голова.

 

Бойся, Валера, пасти

Бездны хаоса мира.

Пусть прилетит Птеродактиль

И клюнет кого-нибудь в мозг.

 

Троежурнальность вдвое

Пусть увеличена будет.

Смотри, летит птеродактиль

Между двух городов.

 

Риу дель Магра, слушай

Гармонию трех вселенных,

Ночной Петербурга рокот

И утренний крик Москвы.

 

2006

 

 

 

***

Мне наплевать на мира безысходность.

И, кованый сжимая меч,

Я грех хочу познать и первородность,

И свет от темноты предостеречь.

 

Пусть мне покажет красоту небесный ангел.

А адский демон – жар печей.

Пусть мне приснится белый рыцарь Врангель

И крымский зной полуденных ночей.

 

Пусть мне приснится как-нибудь и птица Феникс

С нечесаной главою поутру.

Пусть мне приснится как-нибудь Железный Феликс,

Засунутый в собачью конуру.

 

И пусть покатится к ступеням Мавзолея

Советский ёжик, проживающий в Москве.

На Патриарших пусть деревья, зеленея,

По Берлиозу справят тризну в сентябре.

 

2006-12-19

 

 

***

Предаться любви на осколках побитой посуды!

Пусть врежутся в попу тарелок и блюдц черепки!

Пусть Садо и Мазо сольются в блаженном испуге,

И в форточку пусть удивленно влетят мотыльки!

 

Дичайшие вопли разбудят соседей по дому.

Они удивленно проснутся, не ведая: явь или сон.

И трижды приснится бифштекс на крови гастроному,

И трижды бифштексу приснится в крови гастроном.

 

 

Дрожа на ветру и во пламени дней пламенея,

Космический ум заговорчески мне подмигнет.

Откроет балкон и, от шалости вешней дурея,

На голову выльет айвово-вишневый компот.

 

 

Облитый прохожий поднимется вверх по ступеням.

Айвово-вишнёвски продернет рукою замок.

Айвово-вишнёвски опустит главу на колени.

Айвово-вишнёвски поймет, до чего одинок.

 

Айвово-вишнёвски космический ум улыбнется.

Кастрюле-компотски опять заговорчески мне подмигнет.

Айвово-компотски опять на балкон унесется,

Вишнево-кастрюльски кого-нибудь вновь обольёт.

 

 

2006-12-23

 

 

 

***

Ко мне плывет из-за моря тоска.

Ее волшебная ладонь уже близка.

И хитрый взгляд глядит из темноты,

Из мрака тихо плеснувшей воды.

 

И в темной, напряженной тишине

Как девушка тоска идет ко мне.

На ней заметны капельки воды,

Я чувствую присутствие беды.

 

Бродяга месяц улыбается с небес,

Немая ночь и холодно окрест,

Мне в спину смотрит бодрствующий лес

И в душу страх нечаянно пролез.

 

Тоска стоит и смотрит мне в глаза.

Я будто бы не против, но не за.

И руку вдруг протягивает мне,

И это все – в кромешной тишине.

 

Я знаю – это явь, я не проснусь.

Я знаю, не смешно – и не смеюсь.

Я чувствую, что бодрствующий лес

Как будто есть, а вроде бы – исчез.

 

И девушка берет мою ладонь,

Кладет на грудь – я чувствую огонь.

Она стоит и смотрит на меня,

А я сгораю в пламени огня.

 

Я пепел, я летаю на ветру.

Я холод леса ощущаю поутру,

И опускаюсь на деревья и кусты

И на ресницы несказанной красоты.

 

2006-12-22

 

 

 

Татьяне Быченко

 

Бардак как Вечность – непреодолим.

И сколько б я ни мыл дурацкую посуду…

Судьба мне скажет: «Миленький Ильин!

Тебе не стоит уповать не чудо!».

 

Волшебной палочкой очистить этот мир!

Волшебных шапок всем раздать по новой.

Чужого чувствовать дыхания эфир

И не прослыть при этом Казановой.

 

Какой божественный, беспомощный удел

Сидеть с Татьяной за бокальчиком вина

И слушать, как грохочет тишина

В движеньи правильном небесных тел.

 

Декабрь 2006

 

 

 

***

Я женщину ждал

И смотрел в окно

И стук каблуков предвкушал.

 

Дождь лил,

Бередя нутро.

Вечер зарей пылал.

 

(Я женщину жду

И пишу этот бред,

В котором – и дождь, и заря.

Из шкафа смотрит добряк скелет -

И дразнит, дразнит меня).

 

Она не пришла,

И ночь пустоты

Прильнула к моим губам.

 

Стою и вижу: в окне коты

Снующие тут и там.

 

А может она

Превратилась в кота,

И думает: «Где

Поесть?»

 

И ночью во мне плывет пустота,

И тихо грохочет жесть.

 

Мерещится профиль,

И стук-каблук,

Мерцающе-мокрый плащ.

 

«Она не придет» - закат потух.

А воздух горяч, горящ.

 

2007-01-12

 

 

 

 

 

 

 

 

Роман в письмах.

 

 

 

Глубокоуважаемая Маргарита Паллна!

 

Увидя вчера Вас на пляже, особенно момент Вашего захождения в воду, мне представилось этакое, знаете ли, легкое дуновение ветерка, шум ветвей берез, тишина вечереющего парка и Вы, Вы на скамье (о, так и хочется сказать «подсудимых»). Но, нет, нет, Вы неподсудны общему мнению, Вы несравненно выше мирской суеты, ибо на Вас лежит печать (так и хочется сказать «горсуда»). Но – нет, конечно же, не горсуда, а печать вдохновения, печать Творца, знаете ли, некий творческий экстаз, порыв сил душевных и разные такие подобные сему интересные штуки.

О, как бы я хотел еще хоть раз лицезреть Ваш дивный профиль, особенно в момент захождения в воду и выхождения из оной. Вы спросите меня, почему, собственно, профиль. О, на это не смог бы ответить даже Томас Джефферсон при всем своем уме, начитанности и совершенно невероятной, знаете ли, совершенно упоительной способности к сочинению правовых норм основополагающего порядка.

А как Вы смотрите на то, чтобы нам хотя бы мысленно посетить библиотеку Конгресса? Я понимаю, что путь в этот Храм может быть долог и тернист, но все же, все же…. Кто ищет, тот всегда найдет. О, Маргарита Паллна, Маргарита Паллна!!! Как много в этой жизни чарующих красот, дивных чувств, ощущений, как много в Вас воплощено поэзии, красоты, грации! С какой легкостью Вы ступали сегодня по ступеням ведущим в море…

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович, я право не знаю, чем я заслужила столь многосложный комплимент в мою честь. Неужели всего лишь вход и выход из воды смогли поселить в Вашем сердце такой ураган чувств и переживаний. Смею Вам доложить, что я всего лишь обыкновенная женщина и в моем купании (впрочем, может быть, Вам так не показалось) нет ничего сверхъестественного.

Насчет библиотеки, как Вы выразились, Конгресса, то я не знаю, где это находится. Так что никаких обещаний делать на сей счет не могу (и не буду). Но, знаете, мне импонирует то, что Вы упомянули имя Томаса Джефферсона. Это, безусловно, достойная историческая личность, много сделавшая для общего блага и процветания.

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

О, Маргарита Паллна!!!

 

Как здорово, что Вы ответили мне на мое, возможно, слишком сумбурное письмо. Маргарита Паллна, позвольте мне, скромному труженику Фемиды, поклоннику Вашей красоты, пропащему Пьеро, бряцающему на мандолине свои ничтожные стишки, сказать Вам, что Вы не правы. Вы - потрясающая, несравненная женщина. Заходя в воду, Вы открыли для меня чудесный мир женственности, красоты, непорочной грации, Вы вдохновили меня на самое лучшее, что есть и может быть в человеке. Маргарита Паллна, я боюсь, не решаюсь произнести Вам это слово.

Вчера слушали дело о супружеской измене. Боже, как страшен мир! Как невыносимо жить в нем пламенным, страдающим Пьерам с их не менее многострадальными мандолинами…

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович!!!

 

Должна Вам заметить, что мандолины на этот раз Вы упомянули совершенно напрасно. Мандолина есть сама по себе бесчувственный предмет. И в мандолине, как и в мандарине (Вы уж простите меня за ненужный, я бы даже сказала неуместный каламбур) не может быть никаких чувственных страстей и всяких там разного рода противоречий. Давайте трезво смотреть на вечер. Мандарин есть фрукт, и он предназначен для съедения. Мандолина – есть музыкальный инструмент и на нем следует играть всякие трели. Аристарх Иосифович, Вы, я думаю, все же понимаете, о чем пишете, хотя, признаться, сумбур у Вас в голове все-таки есть.

Когда чайка устремляется в воду за рыбкой, она меньше всего думает о грации и фантасмагории чувств. Так же и я. Мне просто хочется купаться. И все.

 

 

 

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Многоуважаемая Маргарита Паллна!!!

 

Вы, безусловно, правы насчет мандарина и мандолина. Я лишь хотел выразить мысль, что многострадальность Пьер условно может передаться и их мандолинам. Мандолины – есть своего рода соучастники акта многострадания. Вы уж меня не обессудьте за мое несколько не всегда понятное выражение собственных мыслей. Но так уж устроен мир, что необходимо иной раз для пущей важности и облегчения выражения прибегнуть к, так сказать, нетрадиционным методам. Впрочем, я как всегда оставляю за Вами возможность окончательно решить участь моих потуг на оригинальность – казните без права на обжалование. Да не коснется меня кассация по делу о Вашем личном беспокойстве и той докуке (если таковая конечно имеется), которую я Вам неумышленно (хотя, какое уж тут «неумышленно») доставил.

Да, я выражаюсь иногда витиевато. Но… Маргарита Паллна!!! Ваш силуэт причудливый и странный, Ваш профиль, Ваш анфас… сей красоты образчик несказанной в который раз… я вижу Вас… опять… и сердце ноет от тоски. Уйду в пески. Пустынножители смиренно примут жребий и подведут меня под свой же монастырь.

Вот видите, уже начинаю писать стихами. Но, Маргарита Паллна, как чудны, невыразимы, невероятны эти чувства. Маргарита Паллна, если бы Вы знали, как сильно жажду Вас увидеть вновь…

 

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да-а-а, Аристарх Иосифович, задали Вы мне закавыку.. прям, не знаю что делать. Прям, хоть в воду не заходи. Ну, что теперь с нами будет???? Как мы теперь будем сосуществовать?? Уж не погонитесь ли Вы за мной, когда встретите меня опять на пляже или там где? Уж не придется ли мне скрываться от Вас в пучине морской в гостях у Прометея??? Или Нептуна??? Не стать ли мне русалкой дивной красоты, чтоб не узнал меня ты-ты? Со стихами напряженка. Вы уж не обессудьте. Право, такой красоты слог у Вас подчас, прям, диву даешься. Прям, хоть в пучину в морскую от восторга. К Нептуну-царю… хо-хо… рассказать о Ваших успехах…. Н-да. Тут намедни прокурор заходил в столовку – дивный мужик, такой статный, благообразный. Весь при погонах был, Дядька-Черномор, прям. Вот.

 

 

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна!!!!

 

Прокурора я знаю. И если Вы к нему прониклись симпатией, то я смиренно понесу свой неразделенный крест неразделенной любви. Мандолины умолкнут, и лишь немолчная тишина лесной чащи будет свидетелем моего безутешного горя. Я не упрекну Вас ни жестом, ни взглядом, ни словом. Но помните, что я буду любить Вас всегда, ибо Вы рождены из пены морской!!!

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович!!!

 

Бог с ним с прокурором. Я пошутила. Ну, статный человек, ну при погонах. Это ведь совсем не важно. (Он так дико ел свою котлету!!! Сколько спеси, самодовольства, скрытого пижонства!!! Не удивлюсь, если у него есть любовница…)

Кстати, почему бы нам не встретиться и не провести время на пляже. Я, конечно, опять полезу в море, только Вы не очень подсматривайте, а то мне неудобно. Грация, грацией, а все же неловко когда тебе смотрят вслед, особенно такой импульсивный человек, как Вы.

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна!!!

 

Вы были вчера бесподобны. Когда Вы залезали в воду, я специально остался не берегу и смотрел, как вы это делаете. Вы – само очарование. Волны нежно, воздушно обвивали вашу прелестную фигуру. Когда вы ринулись в воду и поплыли, у меня захолонуло сердце. Ваш чудный стан, поворот головы, волосы, ниспадающие до плеч и частично омываемые водой – все это было чудесно, сказочно, невероятно красиво. Журчание воды сводило меня с ума. Вы не представляете себе, как Вы прекрасны!!!

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович, спасибо за такие теплые и нежные слова. Вы бесподобный кавалер, очень галантны. Вы так рыцарски вчера несли мои скромные пожитки, в Вас столько было мужества и смирения!!! Вы по праву заслужили самой большой награды!!!

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Здравствуйте, Маргарита Паллна!!!

 

Я и без награды готов Вам служить и нести Ваши пожитки хоть на край света. Я даже готов отнести туда Вас самих (так и хочется сказать «за определенную плату»). Но – нет, Вы же понимаете, что между нами не может быть никогда подобного рода отношений. Я почему так говорю – сегодня было слушание в суде по делу о разводе, так фигуранты делили все, вплоть до розеток и винтиков в них!!! Баулы и чемоданы, мебель и утварь – все было поделено, но они так увлеклись, что их было уже остановить – все пошло в ход: занавески, канцтовры, дверные ручки и так далее. Это было что-то невообразимое!!! До чего же может дойти Фемида в деле фигурантов гражданских правоотношений!

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да, винтики и всякие кнопки – это забавно! А не сходить ли нам еще раз на пляж, дабы Вы опять могли лицезреть плывущую по волнам Маргариту Паллну???? Или Вам уже наскучило сие зрелище???? Признавайтесь, проказник, а? Что Вам еще нужно от бедной женщины??? О чем Вы думаете, когда мы вместе? Почему Вы всегда так непонятно молчите? Я уже начинаю сомневаться в Ваших намерениях. Почему Вы всегда зовете меня на пляж??? Что там интересного? А? почему не в парк на скамейку или куда-нибудь в другое место? Отвечайте немедленно, или я никуда не пойду.

 

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

О, Маргарита Паллна!!!

 

Вы удивительная женщина!!!

 

Конечно, я опять хочу лицезреть Вас, плывущую по волнам. О, как бы я хотел проникнуть в тайны Вашего существа, как бы я хотел прикоснуться…

Маргарита Паллна, я всегда думаю о Вас. Даже в суде во время слушания дела. Я проходил адвокатом по делу о разбойном нападении на газетный киоск, но постоянно думал о Вас. Всех их, конечно, осудили. Вообще, в суде постоянно кого-то осуждают. Не понимаю, зачем грабить киоск, когда есть пляж, где можно лицезреть… Ну, ладно, пусть лучше посидят.

Маргарита Паллна, Вы удивительная женщина. Я даже не знаю, что сказать. Хотите, я отнесу Ваши пожитки туда, где еще не ступала нога человека? Вы даже можете не идти вместе со мной!!! Я их туда отнесу, а потом вернусь к Вам хоть со щитом или на щите.

Маргарита Паллна, вы прекрасны, Вы – чудная роза, распустившаяся на склоне Альп в день благодарения!

О, сколько благостных созвучий дает нам увлеченья миг. К чему ты, отрок, не привык? Дерзай, сатрап, вонзай свой штык в мое бездыханное тело. Коль длань твоя не оскудела, моим ответом будет рык. Вот!!! Опять стихи. (К чему теперь стенанья).

Вы удивительны, невообразимы, немыслимо прекрасны.

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович, я не поняла, Вас в этом стихотворении убивают? О, как мне Вас жаль. Что ж это такое? Был человек, ухаживал за мной, и – вдруг штык??? Как же так??? Это так печально…. Ну, да ладно, раз ко мне письмо пришло, я знаю, значит – Вы живы!!!! Спасибо Вам большое, что опять несли мои пожитки (пожитки дней моих суровых), когда мы гуляли по пляжу. Это так романтично. Вы – очень романтичный человек. Я даже в тайне Вами восхищаюсь!!! Нести пожитки не проронить ни слова за все время несения оных. О, как это прекрасно, как трогательно с Вашей стороны. Не правда ли, сегодня чайки были особенно печальны. Они все никак не могли сесть на воду и носились над водой с душераздирающими, пронзительными криками. Вот так же и я порой…. Кричу о чем-то, кричу. А меня никто не слышит…

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна!!!

 

Я – верный страж Вашего душевного покоя, рыцарь Вашего благополучия. Пусть чайки кричат. Им не понять моей душевной драмы никогда! Моего восторга: море, пляж, ласковый ветер, пожитки и Вы, Вы собственной персоной!!! Такая очаровательная, такая незабываемая Маргарита Паллна.

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аристарх Иосифович…. Я бы на Вашем месте… как бы это выразить…. Ну, в общем была бы повнимательнее так сказать…. к….. нуждам женской общественности. Чайки чайками, а все же, знаете ли. Ветерок ветерком, конечно. Море морем, а пожитки пожитками. Но все же, с Вашей стороны….. Вы порой навеваете такую зевоту. А ЭТО МОВЕТОН!!!! ЭТО НЕ ДОПУСТИМО В ОБЩЕНИИ С ДАМОЙ!!! ПОНЯТНО ТЕБЕ (ТАК И ХОЧЕТСЯ СКАЗАТЬ «ДУРЬЯ ТВОЯ БАШКА»)!!!

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна, но, право, я не знаю чем бы я еще смог бы… Одно Ваше слово, и я ринусь, ну, просто, ринусь куда угодно… и за чайками могу, и в пучину, и на край света (с пожитками или без). Одно Ваше слово, о, наидивнейшая, наичудеснейшая из жен в подлунном мире, наиочаровательнейшая из наяд и наиудивительнейшая из нимф аттических.

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Аттических – мистических – идиотических - психических - политических – софронистических – василистических (ха-ха). Лабильных – дебильных – дубильных – бубонных – картонных. Картинных, корзинных, картонных и маленькая собако… Оконных. Короче мы приплыли к быту, понимаете, быт, он такой вот – окна двери, комната, потолок, обои, кровати, простыни, одеялко теплое, запах лаванды, ночная тишь, завтра на работу не надо, а если надо то не пойдем ни в какую…. За окном – ночь, Вы и я, Луна на небесах приветливо заглядывает в комнату.

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Вы хотите, чтобы я пришел к Вам в гости?

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да, заходите.

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

С удовольствием, Маргарита Паллна. Сегодня же обязательно буду.

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна… это было феерично…..

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да, и Вы не подкачали, Аристарх Иосифович.

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

И звезды смотрели нам вслед…

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Нет, звезды смотрели нам в лоб! Вы уж не путайте, Аристарх Иосифович. Вечно Вы со своими «феерично»-«динамично». Корзина, картонка, понимаешь. Что это такое?!

 

 

 

 

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

О, да, да. Виноват, Маргарита Паллна. Именно так, как Вы изволили заметить. Именно в лоб смотрели звезды нам, пока мы делали бедлам. Простите мне мой эвфемизм и бурь жестоких катаклизм. (Маргарита Паллна, я немного сегодня болван, ибо……. нахожусь в состянии… этак как бы это выразить…….. не вполне …. Я даже не могу придумать…..

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Ладно, библиотека Конгресса, пошли на пляж сегодня. Или как?

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Опять чайки……

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Так да или нет?

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Что?

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

На пляж!!!

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Ах, пляж. Да, конечно! Пожитки не забудьте.

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да уж постараюсь взять с собой все необходимое.

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна, когда я в этот раз нес Ваши пожитки, мне привиделось, что отверзлись небеса и эон любви снизошел с небес на землю и обволок нас своим сладчайшим эфиром.

 

 

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Ооооооо, да! Эон любви!!! Как не надоест только. Я наверно слишком чего-то не понимаю. Кстати, эон – это что такое??

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Оооооо, эон…. Это, знаете ли, такая штука. Она, можете себе представить, эманирует из высших сфер в качестве некоей трансцендентной субстанции в целях теургического преображения тварного бытия. По замыслу неоплатоников и русских символистов мы все должны ждать пришествия эона, и сделаться преображенными по прибытии оного.

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Да-а-а-а-а-а-а…. Интересно….. А про все, про это можно прочесть в книге, которая стоит в библиотеке Конгресса на полке номер два?

 

 

 

 

Аристарх Иосифович – Маргарите Павловне

 

Маргарита Паллна!!!

 

Вы очаровательны!! Ну, почему же именно два?? Впрочем, я, к сожалению, не знаю расположения полок в библиотеке Конгресса. Я там не разу не был. Но мне так хорошо с Вами. Думаю, библиотека подождет.

…Но в один прекрасный день… Мы, взявшись за руки, торжественно войдем в библиотеку Конгресса, подойдем к полке номер два, и…. далее у меня захватывает дух.

 

 

 

 

Маргарита Павловна – Аристарху Иосифовичу

 

Думаю, прямо там нас этот эон и настигнет.

 

2005

 

 

 

 

Фактически святочный рассказ.

 

 

У поэта Фредерика фон Берберебредерица (так он себя сам называет) с самого утра в голове крутилась строчка нового стихотворения - «Нам не дано…»... В общем-то, не строчка даже, а так, начало чего-то. При этом он никак не мог понять, что, собственно, нам не дано и что может из этого получиться. Поэт Фредерик был, что называется, богемный парень – целый день ничего не делал, слоняясь из угла в угол. Сочинял то стихи, то прозу, то так – ни то, ни сё. А время шло и, как Вы уже, наверно, догадались, зуд славы, зов честолюбия и просто желание известности (знаёмости, как говорили во времена Ломоносова) никак не давал ему покоя. «Хоть бы кто-нибудь чего бы предложил, что ли, хоть бы какой литагент, хоть издатель, хоть пусть сам дьявол приедет на хоть чем-нибудь...», - так думалось ему.

Но никто не приезжал. Все, казалось, занимались своими делами.

И вот однажды… да в таких историях всё так и случается – однажды, в студеную зимнюю пору выходишь, стало быть, из леса, смотришь – мороз крепчает, на санках мужик какой-то едет… В общем, все по-старому, ничего особенного. Читатель ждет уж рифмы, понимаешь, розы в черном бокале. Чтоб ее в вазу, там, к примеру, ставили («ставят ногу как розу в вазу») и прочее. Но все это уже было – было и не воротится уж боле никогда. Ну что еще можно сочинить??????? А ведь надо, однако… А вдруг – призвание. А прошляпишь!! А премию не дадут за вклад в литературу, на что ж жить-то тогда?????

 

Вот с такими мыслями и шел наш поэт по лесу, насвистывал песенки… И вдруг…. Да-да! Вдруг - Волки!!! Они самые!!! И много, много волков. Глазами страшными глядят. Того и гляди, слопают. Вам смешно, небось, дорогой читатель, а нечего смеяться. История-то реальная. Или вы думаете, дьявол сам приезжает на метле или там на чем? Нет, господа!!! (Делать ему нечего!) Волки!!! Вот наш ответ Чемберлену!!! Заказывали ужас и приключения – нате-ка – получите и распишитесь!!! «Что делать!?!?!?! Что делать?!?!?!?! Что делать!?!?!?!?!!?!», - думал Фредерик фон Берберебредериц …. Звать на помощь – смешно. Игнорировать - глупо. Сражаться – страшно и как-то неумно. Бежать!!! Бежать на дерево что есть духу. Вверх по дереву, а не вниз! Ну, и залез Фредерик на дерево!!! Ну, и сидит там теперь. «Ну, и сиди там теперь столько, сколько влезет. А мы, волки, подождем тебя тут, внизу». Так думали волки, подбежав к дереву, тяжело дыша, смотря куда-то в сторону и высунув язык.

 

Долго ли коротко ли сказка ли сказывается, долго ли коротко ли дело ли делается, а продолжать-то что-то делать-то надо!!!! Сидеть – не сидеть, ждать - не ждать, уговорить может быть этих волков, воззвания напечатать, расклеить их по лесу?! Пусть их, читают, а мы пока улизнем!!!!! Но это, знаете ли, на словах хорошо!! А вот на деле!!!! В общем, начал слезать Фредерик (опять же, под псевдонимом) с дерева, и вспоминалось ему, как некий почти монах пошел как-то в лес, в грозу, встретил там дикого зверя, начал с ним сражаться, а потом, так никого и не прокляв, спокойно умер в своей постели. Застряв на полпути под восторженные вопли собравшихся санитаров леса, наш герой решил обдумать этот классический сюжет. Как же так – человек идет неизвестно зачем в лес и там сталкивается с ситуацией не совместимой с жизнью?!

 

Так вот она в чем разгадка вселенной!!! Жизнь оказывается не так дорога, как говорили о ней (о которой так долго говорили) большевики. Вот, оказывается в чем назидательная соль, если можно так выразиться (впрочем, Фредерику было уже не до литературных изысков) этого события. Вот оказывается, куда надо воткнуть и там три раза повернуть весь свой талант, всю жизнь свою, предназначение, славу, динамику индивидуального творчества, экзистенциальность собственного наличного бытия, феномен монады и манифестацию духа – всё в пасть волку!!!

 

Волк – зубами щелк!!! Приятно подавиться!!! Чтоб и ты стал таким же, как я экзистенциальным!!! Что бы и тебя тоже родная бабушка не узнала!!! Волчья твоя башка!!! Ну, что прыгаешь? Щас уже слезаю. Эх, гори оно все пламенем синим. А лес – такой неповторимый, таинственный, чарующий, чащующий и листно шелестящий. И каких только новых слов не придумаешь («чащующий», ёлы, «листно»…) чтоб только оттянуть это удовольствие и слезть с дерева как можно позже! И ведь остановишься, задумаешься, и ступор тебя схватит в творческом экстазе. Засмотришься на «верхушки сосен». Ах, как многажды они были воспеты в русской литературе!

Земля родная, уже ты за холмом! Да, и тему холма можно еще продолжить: «Город на холме», «Холм – всему голова», «Шерлок Холмс», «Как хо холм стит москалям и за что». Но - волки не ждут. Прыгают и прыгают. И всё норовят вцепиться в уже слабеющие члены. В руку. В ногу. В штанину. Всё, дгузья, попался я! Какой артист погибает!!! Горящий Рим, бегущие в ужасе люди, римская волчица тут же, в этой же стае! А ведь сожрали, небось, кого-нибудь, перед началом вскармливания западноевропейской цивилизации.

 

О, Рим, бушуешь ты в огне.

Тебя поджег тиран к страданьям равнодушный.

И вот смотри – Нерона лик тщедушный

В агонии трепещет …

 

Всё. Поэта съели волки. Не дописал он сей стих. Есть упоение в бою. Он сражался как лев, как человек, попавший в волчью стаю. Растерзан в клочья. Но какая благородная смерть! Пусть его душа покоится с миром!

 

 

2005-10-14

 

 

 

 

 

 

 

Анастасия.

 

Анастасия была проститутка. Ничто не предвещало беды. Были деньги, клиенты. От одного плюгавенького (почему-то именно от него) Анастасия получала оргазм, и это, безусловно, поднимало ее в своих собственных глазах. «Наверно, я чувствую себя женщиной в эти моменты» - думала она в перерывах между «сеансами». Слово «сеанс» было заведено «мадам» Ириной Паллной, женщиной неглупой, спокойной, вполне образованной и искренне любящей своих девушек. Многие из них хихикали, представляя себя некими ведьмами, выходящими на сеанс связи с потусторонней силой, другим казалось, что это они сами попали на сеанс к какому-то экстрасенсу, и с ними что-то такое происходит. А другие думали, что это сеанс одновременной игры.

Что еще можно сказать об Анастасии. Конечно, она ждала принца на белом коне, чуткого и нежного, и, как она сама себе говорила, «со шпагой в сердце». Но все попадались какие-то странные мужчины. Анастасия не унывала, ее даже тянуло к ним. В них была какая-то тайна, они всегда о чем-то думали и смотрели в окно.

Мужчины были разные: лысые с большим животом, жадные до всяких ласк и готовые тебя облизать с головы до ног, худые с жилистыми (жесткими) руками, совсем юные от которых всегда пахло чем-то свежим и сладким. Все это тонуло в борделе. В воздухе, висящим под потолком, в негромких разговорах, в полумраке, особенно по вечерам заполнявшим квартиру.

Иногда ей удавалось узнать что-то интересное из той жизни, которую она любила наблюдать издалека, со стороны, отгородясь по крайней мере, тем, что «не будешь же всем подряд рассказывать кто ты и чем занимаешься». Она и не рассказывала, живя в своем особом, ни на что не похожем мире.

Ей нравилось, когда мужчины нежно касались ее груди. Стрелы наслаждения настойчиво пронзали тело, требуя особенного внимания и уважения к себе. Анастасия мысленно подставляла себя под них, желая еще и еще, выжимая из клиента как можно больше удовольствия. Сцеплялись губы, царапались спины, прерывалось дыхание, плоть расслаблялась, желая обнять, овладеть, совокупиться, слиться воедино с нутром другого человека, понять его запах, стон, дыхание, распознать его взгляд, силуэт, наклон головы и т.д.

Утехи продолжались до полуночи, а иногда и далеко за.

Чувство невероятного расслабления испытывала Анастасия всякий раз, когда клиент ей нравился. Ей казалось, что это ее любимый, что они давно знакомы, что они на берегу какой-нибудь реки, что везде тихо и как-то по-особенному загадочно, как во сне.

Прощаясь с ним, она ничего не просила, не капризничала, даже не думала ни о чем таком, а просто провожала его взглядом. Глаза наверно улыбались, лицо наверно светилось чем-то таким непонятным, на душе было спокойно.

Потом были разговоры на кухне, чайник, который всегда кипел, гоняя электричество, какие-то булки, сигаретный дым, смех девчонок и все остальное.

Один клиент все время любил шлепать ее по попке. Она дула губки, «нукала», кокетливо шарахалась – с этого начиналась у них любовная игра. Когда он приходил, Анастасия знала, что ритуал повторится непременно. Ей было интересно и всегда немного смешно. А мужчина был так себе – ничего особенного, пыхтел только много. Долго сидел потом на кровати, все о чем-то думал.

 

Анастасия лежала, смотрела в потолок или в окно.

Потом приходили другие. Один садился на кровати и со спины обхватывал ее руками – энергично мял груди, целовал в шею, целовал какое-нибудь ушко (одно из двух), спускался языком вниз по позвоночнику, а потом поднимался как альпинист. Настенька томничала, закрывала глаза, иногда трогала его руки. Особенно ей нравилось, когда всего одним пальцем он помогал забыть ей обо всем на свете, разгоняя кровь и страсть по всем направлениям и с невероятной скоростью. Она тогда была сама не своя: о чем-то всхлипывала, что-то такое бормотала, немножко кричала, пыталась развернуться и укусить его в губы. Потом, когда он уходил, она вспоминала «свое ужасное поведение», прыскала со смеху и закрывала ладонью лицо – ей было неловко и немного стыдно. Казалось, что сейчас придет строгая учительница, поставит ее в угол и скажет что Настя – нехорошая девочка. А Настя и была «нехорошая девочка». Но как хорошо было то, что с ней происходило! Она не знала даже, что может быть что-то еще, какие-то заботы и хлопоты, раздумья о дне и хлебе, темные, пустые, одинокие вечера перед окном.

 

 

2006

 

 

 

 

 

 

Чуфырла.

 

 

Смеркалось. Чуфырла-Расфуфырла бежала по улице, думая только об одном – успеть. Во что бы то ни стало успеть сказать Семену Карловичу самое главное. Семен Карлович сидел дома и давно уже хотел выйти погулять перед сном, подышать свежим воздухом, посмотреть на липы и потрогать деревья руками. Он всегда так поступал на сон грядущий. Это его успокаивало.

Но в этот день что-то необъяснимое, какая-то непонятная сила оставляла его дома – он просто не мог выйти из квартиры. Причем, не очень то и хотелось. Паники, страха и чего-то такого не было. Скорей всего это было похоже на какую-то расслабленность, медление, что-то такое столбнячное, но без примеси беспокойства. «Странно», - думал Семен Карлович, стоя у себя в комнате.

Чуфырла-Расфуфырла уже взбиралась по лестнице. Переводя дыхание, смотря вверх, энергично хватаясь за перила. Все было растрепано, внутри клокотала энергия, сердце бешено мчалось вскачь, а в голове было спокойствие. Что скажет Семен Карлович? Это уже мало волновало. Чуфырла-Расфуфырла уже переболела, передумала, переинсценировала все это событие в ролях, носясь у себя дома по комнате, заламывая руки и делая драматические жесты. Утряслось, улеглось, успокоилось. Сейчас нужно было сделать то, что казалось уже таким простым и понятным. «От нас уже ничего не зависит», - вспоминала она где-то услышанную фразу. Да, теперь все шло само собой. Не было ни страха, ни отчаяния. Чуфырла-Расфуфырла положилась на Провидение.

 

Дверной звонок разорвал тишину. Семен Карлович остановился и медленно повернулся к двери. Открыв дверь, он сказал:

- А, Чуфырла. Здравствуйте.

- Здравствуйте. - Сказала Чуфырла.

- Как поживаете, Чуфырла-Расфуфырла?

- Хорошо, Семен Карлович.

- Что новенького, Чуфырла-Расфуфырла?

- Все по-старенькому, Семен Карлович.

- С чем пожаловали?

- А что, надо обязательно с чем-то жаловать? А просто так, что ли уже нельзя? Чё, с человеком уже не поговорить? Да?

- Но…

- Не нокай тут, понял? Чё, в дом уже не пригласить? Зазнался, да? Чай, кофе? Танцевать умеем?

- Сударыня, Вы забываетесь!!!

- Тебе бы мою память!!! Шершавчик!

 

С этими словами Чуфырла-Расфуфырла неожиданно повернулась и совершенно спокойно вышла из квартиры. «Господи, зачем же она сюда приходит», - думал Семен Карлович. Каждый раз одно и тоже. Он был как будто выжат, как будто чем-то уже удовлетворен, как будто выполнил уже какую-то миссию, после чего обычно ложатся спать и засыпают так, как будто все равно – в последний раз или нет. Семеном Карловичем овладела истома. Хотелось лечь не раздеваясь, свернуться и покрепче уснуть.

Ему было жаль Чуфырлу. Он догадывался о том, что она страдает, чего-то хочет и приходит сюда не просто так. Он предполагал чувства, романтическое увлечение, и ему было странно быть героем романа этой бедной девушки.

 

2006

 

 

 

 

Четыре четверти четверной четверки.

 

Четыре чувака: Фридрихсон, Энгелсон, Марксон и Карлсонсон вышли погулять. Зайдя в булочную к тете Клаве, они застебали: тетю Клаву, Прохора Прохорыча, мерчендайзера Андрея и кота. Кот Василий был даже водружен на лысую (бритую) голову Карлсонсона, отчего издал звук «мяу». Мерчендайзер Андрей смотрел на всех с «вопросительной интонацией», говоря тем самым, что «я, мол, человек новый, но мне, тем не менее, странно».

Кот Василий посидев на голове у Карлсонсона, спрыгнул на стеллаж с чупа-чупсом и опрокинул несколько штук.

Выйдя из магазина четыре чувака - Фридрихсон, Энгельсон, Марксон и Карлсонсон – встретили девушку идущую по дороге навстречу. В руках у нее был надувной Чебурашка и надувной крокодил Гена. Гена и Чебурашка были отдельно друг от друга - каждый в отдельной руке. Они были зажаты параллельно тротуару и выдвинуты головой вперед.

Фридрихсон и Энгельсон остались впереди, а Марксон и Карлсонсон стали заходить сзади. Но девушка сказала, что она не боится и сможет огреть всех и каждого по балде Геной по нескольку раз. А, махая двумя надувными предметами - измолотить Фридрихсона, Энгельсона, Марксона и Карлсонсона в ошметки, в хлам, в капусту и в зюзю.

Марксон и Карлсонсон отступили, а Фридрихсон и Энгельсон обошли.

На рынке четыре чувака увидели Шапокляк торгующую ананасами, господина Фердыщенку, подметающего пол и мистера Паркинсона в объятьях леди Альцгеймер.

Свернув на 6-ую Кирочную, наши герои пошли дальше, но бритоголовый Карлсонсон никак не мог вспомнить, не забыл ли он о том, что надо взять ключи из дома. Он поминутно останавливался, бил себя расслабленной ладонью по голове, отчего по всей улице раздавался характерный звук «плясть».

Его друзья не выказывали недовольства, чтобы не отвлекаться и не конфликтовать попусту. Так они шли и шли, слоняясь от безделья и заглядывая изредка в подворотню в поисках приключений.

У всех вдруг внезапно возникла в голове одна и та же мысль: отправиться к теткам в гости. Тетки уже не в первый раз принимали у себя удалую четверку и всегда норовили дотронуться до бритой головы Карлсонсона, думая, что это талисман.

Как будто по мановению волшебной палочки все четверо свернули в Ганглов переулок и оказались перед заветной дверью. Повеяло сыростью, запахом меди, ядовитыми кошками и соблазном быть застигнутыми врасплох. Тетки открыли дверь, шурша, улыбаясь и пикантно отстраняясь вглубь комнаты. Улыбаться дальше было некуда – рот кончался около ушей.

Четыре друга долго стояли в прихожей, топтали ботинками об пол, стряхивали с них грязь, улыбались в ответ и не решались войти внутрь без приглашения. Тетки стояли, улыбались и ничего не говорили. Глаза теток были открыты широко, улыбкам не было предела. Они поворачивали голову несколько набок и несколько вперед, глядя на четырех друзей в упор заинтересованными глазами.

Пора было уходить. Чай попили и пошли. Хорошо пить чай, когда на тебя смотрит много теток и молчит. В этом есть что-то такое.

Когда вышли на улицу, то заметно стемнело. Шли уже на ощупь, шарахаясь и озираясь. Как бы впотьмах, норовя ни в коем случае не споткнуться обо что-нибудь. Санкт-Петербург блистал во всей своей сумеречной красоте.

 

 

2006

 

 

Чувак в шляпе.

 

Рассказ.

 

 

Чувак в шляпе.

 

 

2005-10-13

 

 

Чуйкин, Буйкин, Хрюйкин и Думбадзе

 

Чуйкин, Буйкин, Хрюйкин и Думбадзе сидели в столовой и кидались друг в друга прогнившими огурцами. Никто не подходил и не делал им замечания, ибо на все-такое они говорили, что так, дескать, выражают свой протест против государственного строя. Никому не хотелось связываться с политикой. Стучать тоже. Веселию не было предела. Прогнившие огурцы валялись где ни попадя, расшибались в ошметки, ударялись о разные предметы, издавали шамкающие звуки. Баба Нюра не ругалась – все равно мыть. А то вякнешь, так и… В общем, ладно. Себе дороже, как говорится.

 

2006-08-13

 

 

 

 

 

В объятьях лимузина.

 

Четыре чувихи ехали на лимузине с открытым окном и орали во все горло песню «Не покидай меня, в натуре, Фёдор Фёдрыч!». Все их поведение сводилось к одному – «смотрите, блин, мы едем на лимузине». А лимузин катал их, аки олух, по всему городу, неуклюже поворачиваясь на узеньких центральных улочках столицы мира. Чувихи знали, где они едут, и знали, что песня «Не покидай меня, в натуре, Фёдор Фёдрыч!» хорошо слышна из окон питерских коммуналок.

Тетя Фрося, недавно приехавшая из Нижнего Куоколукки, уже хотела было вылить на лимузин кастрюлю с прокисшими щами (так близко он, однако, ездил), но в последний момент передумала. Ей показалось, что в большом городе принято по вечерам кататься на лимузинах и орать про Фёдора Фёдрыча столько, сколько хватит глотки.

 

2006-04-27

 

 

Очарованный муж.

 

……….

- А еще я победила в конкурсе.

- В каком?

- «Мисс Оборотень ’98»

- И что подарили?

- Ожерелье из костей зрителей Церемонии ’97.

Так говорила молодая волчица ночью перед взорами восхищенных трехлеток, едва успевавших переводить дыхание. Светало. Пора было возвращаться домой. В образе прекрасной девушки. В объятья к мужу, который проснулся и никак не мог поверить, что рядом никого нет.

 

май 2006

 

 

 

Отбрасывающая штаны.

 

Злая баба покупала штаны своему мужу. Осматривая каждую пару, она в неистовстве отбрасывала ее в сторону. Тело ее при этом не двигалось, но глаза и лицо было налиты кровью. Никто из продавцов не решался с ней заговорить. Вскоре в проходе между торговыми рядам образовалась куча из отвергнутых штанов. Все торговцы застыли в недоумении и со скрытым ужасом смотрели, что будет дальше. Казалось, даже пирамиды из помидоров и апельсинов и стеллажи из огурцов тоже застыли и не могли пошевелиться. «Даааа, - думал судебный пристав Афанасьев, проходя мимо сцены со штанами, - ну, дела!». Злая баба почувствовала движение, явно выделявшее судебного пристава из толпы, и обернула свое туловище к нему. Афанасьев решил обратить свои стопы вспять, сделав вид, что он-де, что-то забыл, поэтому ему здесь делать, в общем-то, нечего. Отбрасывающая штаны долго-долго смотрела ему вслед и не скрывала своего морального превосходства. Штанина понуро торчала из ее крепкой руки. Никто не знал в тот момент, был ли у нее муж, нужны ли были мужу штаны, искала ли она в штанах нечто такое, что могло бы ее успокоить, утихомирить, примирить с окружающей действительностью. На базар неслышно надвигались сумерки.

 

2006

 

 

 

 

Жила была девочка.

 

Жила была девочка. И было у нее три куклы: Маша, Даша, Глаша и Агриппина. Пошли они как-то погулять. Вышли из дому и отправились в лес. Агриппина все время отставала, и остальные куклы на нее постоянно оглядывались. В лесу был волк. Он сидел на опушке и ждал. Передние лапы он сложил вместе и поставил перед собой. Бесконечно долго шли они к лесу. Бесконечно долго сидел волк на опушке. Бесконечно долго опаздывала Агриппина.

2006

Хххааааааа.

 

Антон – молодой человек лет 25 пяти. Для своих он просто Антон, в Европе его называют Энтони, в Италии – Антонио, а в родной деревне Верхние Пупыри просто – Антошка. Не будем рассказывать его жизнь от и до, скажем только, что был он среднего роста, незаурядной внешности и довольно живого ума.

Антон любил сев на велосипед катиться с горы, распугивая тем самым верхнепупырских девок, неторопливо бредших с бидонами. Один раз он даже свалился в канаву, но, выходя, сделал вид, что ничего такого с ним не произошло, что все в рамках обычного и пошел дальше. Когда Антон шел к морю мимо леса, то ему привиделось чудо-юдо выходящее из кустов. И даже какой-то непонятный звук, что-то вроде негромкого «хххааааааааа» из темного леса. Будучи позитивистом с первого вздоха, Антон не предал этому никакого мало-мальски серьезного значения. Хотя с этого дня страх перед непознанным и жгучая тяга к знаниям и всякого рода драконам поселилась в его душе. Он никак не мог забыть этого самого «хххааааааааа»…. Что за «ха», думал он. Что такое за наваждение. Пытаясь себе объяснить, он думал то на ветер в кронах, то на движение болотных масс, или, - думал он, - какой-нибудь зверь…. А «хххааааа» уже давно поселилось у него внутри. Оно управляло им, пытаясь заполнить все его существо.

 

2006-08-30

 

 

Новые стихи

Зачем?

 

Шел по улице. Видел свадьбу в каком-то кафе. Все стояли в кругу и играли в игры. С улицы было видно. «Раз-два-три»… и надо было что-то сделать. Как не надоест только. Везде одно и тоже. Ну, да, людям удобнее жить вместе. И что тут такого? Почему надо отмечать это событие? Да и Новый год зачем? Ну, еще один год. И что дальше? Приткнуться негде: все кафе заняты, соседи гудят так, что не уснуть. Все звонят тебе по телефону, поздравляют. Надо говорить «спасибо»… Самому никуда не дозвониться. Телефонные сети перепутаны. Пьяный Алексей Михалыч пытается поздравить Аграфену Никитичну с Новым годом. Ты это все слышишь и представляешь себя всамделишной Аграфеной Никитичной в бигудях, пеньюаре, нога на ногу - мурлык-мурлык в трубку, накручивая телефонный провод на палец, а пьяные мозги Ал. Мих. накручивая на стержень своих меркантильных интересов.

А тем временем всамделишная Аграфена Никитична на том (третьем) конце провода опьянела настолько, что свалилась под стол и не может самостоятельно оттуда выйти. И все мычит, мычит чавой-то на своем аграфено-никитичском языке.

И везде слышен вой соседей и всяких там гостей: и у меня, и у Ал. Мих., и у Аг. Ник. Жалко Аграфену. Никто ей не может помочь. Даже Михалыч. Михалыч-то думает, что она не свалилась. А мне и неудобно уже открываться. Сижу, молчу, слушаю пьяную аграбадень.

В Новый год лучше притулиться как мышка, никуда не выходить, ни в чем не участвовать. И только одним глазком, в полусне тихонечко выглядывать из норки.

 

2006-09-05

 

 

Гей ли он?

 

«Гей ли он? Гей ли он? Гей ли он?», - думала Маша, глядя на нового учителя физики. Приборы, макеты, опыты, конспекты и формулы – все сливалось в одно неразрывное целое при виде его. Учитель физики был мужчиной. Но дело было даже не в этом. Голос, жесты рук, позы, паузы, наклон головы, привычка смешно складывать губы в ожидании «подходящего слова», сдержанная улыбка… Иногда она чувствовала его беззащитным и страдающим, слабым и ждущим помощи. В такие минуты с ней творилось что-то неизвестное. Внутри что-то сжималось, что-то накатывало и билось «о стенки сосуда». «Тело – сосуд для души», - вспоминала Маша наставления священника. «Тело – физический объект, имеющий вес и объем», - вспоминались слова учителя. При слове «тело» многие девочки улыбались и начинали ерзать и переглядываться. Машенька старалась на это не смотреть. Для нее единственным телом, заслуживающим внимание, был контур стоящего у доски человека.

«Но гей ли он?» - думала она. Если гей, то все, ей ничего не светит. Ни с точки зрения волновой, ни с точки зрения корпускулярной теории. Неделю назад батюшка на проповеди всем ясно выразил, что «все геи – пидарасы, и не наследуют Царства Божия. И нам с ними не по пути!». Ах, если бы не было этих ограничений!!! Как хорошо было бы пройтись с ним рядом, постоять на улице, перекинутся простыми, человеческими словами, просто подышать свежим воздухом.

 

2006-11-15

 

 

 

 

Гроза.

 

Кот Кофиевич Котофевич-Котофшефский любил вскакивать ни свет, ни заря и кричать во все горло слово «Полундра!». Сначала это забавляло, а потом стало порядком надоедать. Аграфена Полуэктовна распорядилась перевести Кота Кофиевича во флигель, но и оттуда каждый раз по утрам не было ни сна, ни покоя. Дмитрий Павлович высказал даже особое предположение, что ситуация может поменяться в корне, если применить методы мистической субъективации ментального пространства наличного бытия в отдельно взятой точке пространственно-временного континуума. Все перешли в гостиную и попросили Машеньку сыграть что-нибудь жизнеутверждающее. «Полундра», - донеслось из флигеля. «Полундра», - повторялось снова и снова, перекрывая бушующие аккорды и грохот рояля. Грянул гром, пошел дождь. Казалось, сам бог грозы начал свое нисхождение на землю в колеснице, запряженной не то диким вепрем, не то тем самым, изгнанным во флигель Котом Кофиевичем Котофевичем-Котофшефским.

 

2006-11-07

 

 

 

 

 

Ромашки.

 

Маша Имедведева шла по полю и собирала ромашки. «Имедведева, к доске!» - были последние слова, услышанные в школе от одной из училок (совершенная дура, ставившая «бананы» всем направо и налево). Прозвенел звонок, и начались каникулы. Если бы двойка – Маша ни за что не поехала бы в лагерь (так категорично сказала ее мама-мама), а осталась бы дома сторожить бабушку и кота. Но Маша не поехала сама. Ну их, этих мальчишек с их дурацкими забавами, дразнилками и зубной пастой по ночам! Лучше всю жизнь гулять по полю и собирать ромашки. Всю жизнь. До бесконечности.

 

2006-11-07

 

 

 

 

 

 

 

 

 

La vie a la ska.

 

Пиеса.

 

Действующие лица:

  1. Мужик с молотком

 

 

Мужик с молотком: Лот №25. Часть суши в Северном полушарии. Снега, тюлени, золото и хорошее настроение. Стартовая цена пятьдесят тысяч долларов… Кто больше?.... Шестьдесят тысяч….. Семьдесят тысяч….. Восемьдесят семь тысяч……… Восемьдесят семь тысяч с половиной…………. Восемьдесят семь тысяч семьсот долларов………… 5 триллионов 250 миллионов 815 тысяч 780 долларов 28 копеек……….. 5 триллионов 250 миллионов 815 тысяч 780 долларов 28 копеек!……….. 5 триллионов 250 миллионов 815 тысяч 780 долларов 28 копеек раз!

 

Тук.

 

5 триллионов 250 миллионов 815 тысяч 780 долларов 28 копеек два!

 

Тук.

 

5 триллионов 250 миллионов 815 тысяч 780 долларов 28 копеек три!

 

Тук.

 

Лот №25, Аляска. Продана сеньору Абрамовичу.

 

2006

 

 

 

 

Спокойной ночи.

 

Хрюша: Степашка, Степашечка-а-а-а…

Степашка: Что, Хрюшечка-а-а-а…?

Хрюша: А Филя уже здесь?

Филя: Гав!

Степашка: Здесь.

Хрюша: Кто?

Филя: Гав!

Степашка: Филя.

Хрюша: Степашка?

Степашка: Хрюша?

Хрюша: Степашка?

Степашка: Свет включи, свиноматка!

Хрюша: Слышь, ты, зайцерезка, не нарывайся, понял!

Филя: Гав!

Степашка: А вот и свет!

Хрюша: Ой, как хорошо!!!

Степашка: А где тетя Таня?

Хрюша: В пробке!

Степашка: Значит, мультиков не будет?

Хрюша: А ты сюда мультики пришел смотреть?

Степашка: А ты, Хрюша, что делал здесь все это время?

Филя: Гав!

Хрюша: Ну не хрюкал же!

Степашка: Ты хрюкать-то умеешь?

Хрюша: Не хуже тебя!

Степашка: Зайцам хрюкать не положено.

Филя: Гав!

Степашка: А-а-а-а , вот и тетя Таня!

Тетя Таня: Здравствуйте, мои дорогие друзья.

Хрюша: Тетя Таня, у нас тут света не было.

Тетя Таня: Ничего, Хрюша, иногда вырубают.

Степашка: Дяденька Чубайс плохо себя ведет.

Хрюша: А давайте ему не покажем сегодня мультиков.

Тетя Таня: Ну, тогда, Хрюша, и все дети не посмотрят.

Хрюша: Я же говорил, что не будет сегодня ничего.

Степашка: Ничего, Хрюша, мультики мы посмотрим обязательно.

Хрюша: А Чубайс?

Филя: Гав!

Тетя Таня: А Чубайс, дорогой Хрюша….

Хрюша: Ой, опять выключили.

Степашка: Темнота-а-а-а.

Филя: Гав!

Тетя Таня: ….. А Чубайс не заставит себя ждать….

Хрюша: Давайте мы его заставим что-нибудь сделать!

Тетя Таня: Что, Хрюша?

Хрюша: Ну, что-нибудь…

Степашка: Давайте, загадаем ему загадку.

Тетя Таня: Какую, Степашка?

Степашка: Не лает, не кусает, а свет выключает!

Хрюша: Так это же он сам!

Степашка: Правильно! Пусть и отгадывает!

Все хором: Чу-байс! Чу-байс! Чу-байс! Чу-байс!!! От-га-дай за-гад-ку!!!……

 

2006

 

 

 

Иван Иваныч.

 

Пиеса.

 

 

Действие первое.

 

Класс. Урок. Храп учителя. Дети сидят за партами. Занимаются кто чем.

 

Оживление в ряду около окна.

 

Иван Иваныч: (просыпается) Молчать!!! (хлопает ладонью по столу).

 

Дети стихают. Храп учителя.

 

Снова оживление, но в противоположном ряду.

 

Иван Иваныч: (просыпается) Молчать!!! (хлопает ладонью по столу).

 

 

Дети стихают. Проходит немного времени.

 

 

Иван Иваныч: (просыпается) Молчать!!! (хлопает ладонью по столу).

 

 

Дети стихают. Периодически Иван Иваныч, проснувшись, ударяет ладонью по столу с криком «Молчать!!!». Всегда в эти моменты дети стихают. В классе устанавливается тишина, готовая нарушиться вновь с наступлением храпа учителя.

 

 

 

 

 

Входит директор.

 

Директор: Ребята, сегодня…

 

Иван Иваныч: (просыпается) Молчать!!! (хлопает ладонью по столу).

 

Дети ржут.

 

Диреткор: (с примирительно-назидателной интонацией с повышением тона) Иван Иваныч.

 

Иван Иваныч: Э…

 

Диреткор: (с примирительно-назидателной интонацией с понижением тона) Иван Иваныч.

 

Пауза

 

Диреткор: Иван Иваныч, - как педагог педагогу: не надо спать на уроке.

 

Иван Иваныч: (смутившись, но все же не проснувшись до конца) Да.

 

Директор: Ребята, сегодня…

 

Грохот упавшего тела. Дети опять ржут. Многие привстают, чтобы посмотреть в какой именно позе упал Иван Иваныч. Храп учителя. Директор резко, демонстративно, но дружелюбно и без всякого трагического пафоса выходит из класса и закрывает за собой дверь.

 

Действие второе.

 

Перемена. Иван Иваныч запершись в кабинете, храпит во все горло, положив голову на стол. На фоне общего коридорного гула выделяются отдельные реплики, произносимые около замочной скважины с той стороны.

 

 

1-ый ученик: Спит?

2-ой ученик: Ну.

3-ий ученик: Блин.

 

 

Звенит звонок. Иван Иваныч просыпается, встает и идет открывать дверь.

 

 

Конец.

 

Новые стихи

 

Одноактная пьеса.

 

Действующие лица:

  1. А. – молодой парень
  2. О. – молодой парень
  3. Нателла – молодая девушка

 

 

А.: Алло!

О.: Алло! Здарова! Винды накрылись.

А.: Да, ну!

О.: Ну!

А.: И?

О.: Так а чё теперь делать?

А.: Так а с винта уже не проинсталить?

О.: Вообще винды грохнулись, прикинь!!!

А.: Цэ форматни.

О.: Через сидюк?

А.: Ну, да.

О.: У меня проги на Цэ, инфа по работе. Меня Толстый убьет!

А.: Масдай, сплошной масдай!

Нателла: А мы тут трахаемся!

О.: Ты чё там, не один?

А.: Ну, как бы да.

О.: Может, отвлекаю?

А.: Да, нет.

О.: Мне бы твои проблемы.

А.: О, слушай, ты же можешь потом рековернуть. Есть же проги по рековеру.

Нателла: Рековернуть-рековернуть! Мне бы ваши проблемы!

А. (Нателле): Ой слушай, отстань, дай с человеком поговорить. Видишь, у него комп не горит. Это вообще страшно.

Нателла: Ой, как страаашно!!! Ой… Мама, боюсь!!! Коооомп!!!

О.: Слушай, что там с ней?

А.: Скучает, наверно.

О.: Она вообще волокёт?

А.: Да, нет, чайник.

Нателла: Я не чайник!!! Я на мыши работаю! У нас в офисе…

А ты, вообще, ты такой гадкий! Я для тебя все! Я тут пришла, лежу, жду, а ему что-то там страшно. Да, ну тебя! Мне ничего не страшно! Не боюсь я ваших масдаев!!! Мне вообще на все плевать. Уйду я от вас! Вот!

О.: Слышь, а из сетки ее можно скачать?

Нателла: (энергично вздыхает)

А.: Да черт его знает? Она весит до фига.

Нателла: (с иронией) Гм-гм, как я наверно.

О.: тада на сиди придется брать.

А.: Ну, да.

О.: Ну, ладно, пойду еще поковыряюсь. Покеда.

А.: Давай, не дрейфь.

О.: Ну, все. Пока.

А.: Пока.

Нателла: Кролик, ты уже кончил говорить?

А.: Не видишь, трубку повесил.

Нателла: Ты скучал?

А.: ???

Нателла: Иди ко мне.

А.: Иду.

Нателла: Вот так. Ну, не напирай.

А.: Ага.

Нателла: Слушай, не увлекайся больше компьютером. Увлекайся мной!

А.: Хорошо.

Нателла: «Хорошо», «хорошо», ничего хорошего…. Спинку поцарапать? А? Как ты любишь?

А.: Ну, давай! … АААААААААА!!!!!!!! Ты чего, больно же.

Нателла: А, вот. Нефиг по телефону разговаривать. О ерунде.

А.: Ну как же «о ерунде». У человека траблЫ.

Нателла: траблЫ-маблы. Халды-балды…. Поехали в Азербайджан.

А.: Зая, у меня никого нет кроме тебя.

Нателла: Я рада, что ты это осознаешь. …Халды-балды… …халады-балады….

А.: Иди ко мне…

Нателла: Эй, только без засосов. Мне завтра на работу.

 

 

2005

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление.

1.      Крузенштерн, Крузенштерн, Крузенштерн!................................................. 4

2.      Умиление ума у Миллениума................................................................................. 5

3.      ...НО СТРАДА АдаМа УСпокоит....................................................................... 5

4.      Весенним днем, когда умолкнут мизерабли,............................................ 6

5.      Проблемы стихосложения................................................................................... 6

6.      Мне никогда не написать о лесбиянках,.................................................... 7

7.      Ёгова..................................................................................................................................... 7

8.      Германия............................................................................................................................ 8

9.      Как мне избавиться от бешенной тоски,................................................... 8

10.  Как Осип Мандельштам переворачивает душу -..................................... 9

11.  Возвращение.................................................................................................................. 9

12.  Из мандельштамовой строки.............................................................................. 9

13.  Вариться в собственном соку.......................................................................... 9

14.  Глобализация немыслимых процессов,.................................................. 10

15.  Мы чем-то очень странным занялись,........................................................ 10

16.  Давайте будем.............................................................................................................. 10

17.  Я был жестоко потрясен...................................................................................... 11

18.  Вослед И.Бродскому................................................................................................ 12

19.  Никогда не закончится ночь............................................................................. 12

20.  Чижи-контрабандисты........................................................................................... 12

21.  Корове Бог послал кусочек студня.............................................................. 13

22.  Тяжелая заря перед восходом солнца.................................................... 13

23.  Наполним музыкой сердца,................................................................................ 13

24.  Цени момент,................................................................................................................. 14

25.  Милая Юля....................................................................................................................... 14

26.  Огромный зал! Прекрасный бал!...................................................................... 15

27.  Персоналии................................................................................................................... 15

28.  В сентябре опадают листья.............................................................................. 21

29.  В............................................................................................................................................. 22

30.  ужасной............................................................................................................................ 22

31.  стройности.................................................................................................................... 22

32.  Меня не прет от этого спектакля................................................................... 22

33.  Дева нагая, усердней безумствуй,............................................................... 22

34.  Дева нагая, усердней безумствуй,............................................................... 22

35.  И сбегу я на поляну,................................................................................................. 23

36.  Ты вышла замуж в январе................................................................................... 23

37.  Комната с портретом Сергея Дягилева на стене................................ 23

38.  Зачем судьба из года в год................................................................................. 23

39.  Пингвинёнзы, пингвинёнзы.............................................................................. 24

40.  Очарованный псих................................................................................................... 25

41.  Мне снилась морская капуста......................................................................... 25

42.  Поэзия конца................................................................................................................ 25

43.  Šventosios Onos Bažniča....................................................................................... 25

44.  Читая Бальмонта........................................................................................................ 26

45.  Таинственностью полон мой чертог......................................................... 26

46.  Пой моя лира................................................................................................................. 26

47.  Мойра-колдунья.......................................................................................................... 27

48.  Под сенью римского орла................................................................................... 27

49.  Рядиться в тогу римских легионов;............................................................ 27

50.  Мертворожденные стихи..................................................................................... 28

51.  Повесив буйну голову на грудь,..................................................................... 28

52.  А вот и новая картинка.......................................................................................... 29

53.  Мир вертится вокруг своей оси,.................................................................... 29

54.  Воскресный день...................................................................................................... 29

55.  Мы гнием от безлюдья и непониманья..................................................... 30

56.  Когда опять в ту ночь я перешел.................................................................... 30

57.  Зима..................................................................................................................................... 31

58.  ...И белый дым............................................................................................................... 31

59.  Зима! Безмолвие снегов!...................................................................................... 31

60.  Перстень княгини Анны........................................................................................ 31

61.  Ты лежишь со мною рядом................................................................................. 32

62.  Когда я брел под знаком непогоды,.............................................................. 32

63.  Когда твои разумные уста................................................................................... 32

64.  У моря неуемных слез,........................................................................................... 33

65.  Бред давно влюбленного человека............................................................. 33

66.  Подражание В. Хлебникову................................................................................. 34

67.  Словесами, что косами......................................................................................... 34

68.  Заметелые метели..................................................................................................... 34

69.  Я возьму дикарский бубен.................................................................................. 34

70.  Сон....................................................................................................................................... 35

71.  Манифест......................................................................................................................... 35

72.  Поэзия Блока - далеко не булка....................................................................... 36

73.  Обо всем забывая,.................................................................................................... 36

74.  Осип Мандельштам так бережен и чуток.................................................. 37

75.  И повинуясь тайному веленью,...................................................................... 37

76.  Долой занудство!....................................................................................................... 37

77.  Пародия на Владимира Маяковского.......................................................... 37

78.  О как же много первозданной грусти......................................................... 38

79.  И средь русских людей в Петербурге гулять......................................... 38

80.  Я опьянен прекрасными стихами!................................................................ 38

81.  Очень милая собачка.............................................................................................. 39

82.  О чем писать, когда и так...................................................................................... 39

83.  Отчего я такой приколист,................................................................................. 39

84.  *** Привет, Антонио!................................................................................................... 40

85.  Иосиф Бродский, одолжи бродскизмов.................................................... 40

86.  Полет Жужеля............................................................................................................... 41

87.  При нулевом балансе............................................................................................ 41

88.  Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден................................................................................................. 42

89.  Перевод стихотворения «Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден» на русский язык. 42

90.  Транслитерация стихотворения «Концерт немецкой рок-группы «Wasistdas» на международном курорте в городе Баден-Баден». 43

91.  Когда тебе твоя........................................................................................................... 43

92.  Политическая сатира............................................................................................. 44

93.  Тату...................................................................................................................................... 44

94.  Немного фламинго взлетаемым облаком крыт горизонт............. 45

95.  Чюрлёнис........................................................................................................................ 45

96.  Как много чувственности в русском языке!.......................................... 46

97.  Из мира мертвых мне приходят сны............................................................ 46

98.  Валерия Королёва,.................................................................................................... 47

99.  Вот они – глюки!.......................................................................................................... 47

100.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          В комнате темной я буду сидеть одиноко, печально............................................... 48

101.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Закат, пламенея, спускался за край небосвода................................................ 48

102.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Когда Максим в который раз меня попросит...................................................... 49

103.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Собачка по имени Тузик................................................................................................................... 49

104.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          В мой мир врываются во тьме перепела.......................................................................... 49

105.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Как чуден, фантастичен мир поэта Мандельштама.................................................... 50

106.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Тихо вокруг…............................................................................................................................ 50

107.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Я за равенство полов! А ты?........................................................................................ 50

108.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Forest Ant................................................................................................................................................. 50

109.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Я с Женщиной хочу общаться,................................................................................. 51

110.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Конец уроков. Классные часы. 9 «Б» и ихняя училка....................................... 51

111.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Узбека дочь................................................................................................................................................. 52

112.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Утром встал - пошел магазин......................................................................................................... 52

113.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Здравствуй, бешеный карлик!........................................................................................................ 52

114.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Песенка о том, как я остался без денег............................................................................. 53

115.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Я шведский бы выучил только за то, что на нем разговаривал Карлсон..... 53

116.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          В моих стихах сплошное тру-ля-ля............................................................................... 54

117.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Армагеддона ждать уже не долго –................................................................................................ 54

118.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Я буду метаться, как Осип, в большой межпланетной тарелке................ 54

119.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Как сволочь не висит на фонарях,.............................................................................................. 55

120.                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Привратник................................................................................................................................................. 55

121.                                                            &n